Первая бутылочка пива разошлась и пришёл черед второй. Пожалуй, мало что так освобождает от стрессов рабочего дня, как алкоголь. Наверное, именно поэтому многие в итоге и спиваются. Мы сидели на лавочке возле заводского общежития - надо же, такие ещё сохранилось. Пили пиво, наслаждались легким весенним ветерком, заходящим солнцем и болтали по сути ни о чем. Своего собеседника я знал постольку поскольку. Работал он в одном из цехов завода, работал на совесть и пил, не уступая работе. Здоровый, при достойном уходе даже видный парень, постоянно выпивший и достаточно часто угрюмый. Он не был мне ни другом, ни товарищем, в лучшем случае знакомым, но вечер был столь приятен и невесом, что мы поневоле оказались собутыльниками на этом празднике весны. Он уже хорошо поддал, потому слова из него лились если и не потоком, то тихим настойчивым угрюмым ручейком уж точно. Он не был красноречив, говорил прямо, не стесняясь в лексике и выражениях. Зачастую его было сложно понять, да он и сам не всегда понимал, что хотел сказать фразой, произнесенной ещё пару минут назад, потому, если меня что интересовало в его рассказе, а это, признаюсь, было не часто, то мне приходилось порой переспрашивать, уточнять или даже предлагать варианты ответов. Историй из его жизни рассказано было немало, большую часть их я пропустил мимо себя, даже не вникая, но одна всё же отложилась в памяти. Как я уже говорил, передать наш разговор без потери смысла, было бы делом сложны, а то и вовсе невозможным, потому я взял на себя смелость как-то систематизировать услышанное и предоставить в той форме, которая не позволила бы сразу же потерять нить повествования, скучающе зевнуть и отложить чтиво в сторону. - Случай со мной случился. - начал он печально. Без сантиментов, даже как-то угрюмо и смиренно. - Недавно. Я как раз получил зарплату. Отметили мы получку с ребятами и я пошёл домой, спать. Дорога у него, как правило, занимала не более получаса, но тут он решил задержаться, присел на свободную лавочку в одном из дворов по дороге и задумался, склонив голову. - Здорово живешь? - он её не признал, но вполне могло так случи ься, что работала она где-то по соседству, видела его и по не по неписанной традиции заводчан, считала себя знакомой с ним. - Не жалуюсь. - ответил он грубо и смерил её взглядом. Обычная девка, лет до 30. Крупноватая, но фигуристая, с широким тазом и мощными упругими ногами, крупой грудью, скрываемой не первой свежести кожанкой и пепельно-белой копной волос, ниспадающих чуть ниже плеч. Таких, хоть пруд пруди в заводских цехах, не всегда в меру ухоженных, но всегда простецких и зачастую склочных. - Это хорошо. - ответила она и улыбнулась ему в ответ. - Сигаретой угостишь? Он протянул ей "Ватру" - дешевые и "забористые", которым отдавал предпочтение. Она скривила гримасу отвращения, но сигарету взяли и сама подкурила. Сизый удушливый дым, вылетая из её уст,
Репетиция медкомиссии