A вот о клизме у меня сохранилось очень яркое воспоминание. Тогда мне было 13, а моей сестре Оксане - 17 лет. Однажды она здорово нагрубила маме. Та как-то странно промолчала в ответ, но вечером вдруг достала с антресолей огромную резиновую грушу оранжевого цвета с длинным чёрным наконечником. С этим монстром мне, слава богу, ещё не довелось познакомиться поближе. Мама пошла в ванную и принялась шумно промывать клизменное устройство. Я заметил, как Оксана тревожно поглядывала на неё. Смешно было наблюдать, как моя сестра, высокая статная блондинка с развитыми формами, предмет воздыханий множества её друзей, как-то растерянно бродит по комнате.Наконец мама выплыла из ванной, держа в руках блестящий от воды резиновый сосуд. " Готовься, Оксана ", тон её не предполагал возражений, а потом вдруг подошла ко мне и вручила холодный клистир. " Помогать будешь, а то мне одной не управиться..."-Мама, пожалуйста ! Не надо !- испуганно вскрикнула сестрица, забывая про всякую гордость. - А ты иди отсюда!Мама молча пошла на кухню застилать клеёнкой маленький диванчик, на котором обычно спали гости. Потом поставила рядом табуретку и небольшое пластиковое ведро с холодной мыльной водой...-Мама...только без него ! Я умру !- взмолилась сестрица уже каким-то задушенным голосом.-Будешь знать как язык распускать ! А ну, раздевайся и ложись. Быстро!Сердце у меня застучало, как пулемёт... Сейчас я близко увижу всё во всех подробностях!Оксана стояла красная, как помидор. Руки у неё дрожали, и она никак не могла справиться с тесёмками халата... Мама тем временем принесла баночку с вазелином и начала смазывать наконечник. Оксана сняла халат и стояла спиной, обхватив сиськи руками. На ней оставались лишь добротные советские трусы, заботливо скрывающие тело.-Мамочка...я не могу. Пусть он выйдет!-"Мамочка" ! Чего краснеешь-то ? Грубить- не краснела ! Быстро, а то ещё и выпорю!Мы знали крутой мамин нрав. Года три назад она действительно крепко выпорола дочь.-Ну, не упрямься,- как-то неожиданно ласково сказала мама. Клизма- это очень полезно и очень...стыдно...при всех. Но тут уж ничего не поделаешь. Спускай трусы на пол и иди ложись на левый бок.И вот сопротивление сломлено. Оксана обречённо стянула трусы до колен и нерешительно остановилась, она стояла передо мной, сияя пышной белой попой. От стыда даже спина у неё стала пунцовой. Затем она быстро засеменила
Десять писем. Часть I. Письмо первое