Вера легла на спину и распахнула ляжки. Худые груди с маленькими сосочками растеклись по бокам. Худой живот провалился, натягивая кожу на рёбрах и выставляя пригорок лобка с костяшками таза. В просеке густых волос торчал возбужденный клитор, натягивая на себя капюшон и оголяя округлившееся преддверье. Мелкие волны дрожи пробегали по её телу. Что ж, не удивительно, что женщина с таким невзрачным телом истомилась от сексуального голода.
Мои губы бабочкой пропорхнули по внутренним поверхностям ляжек, вызвав стон и подёргивание клитора. Вот к нему-то я и прильнул, одновременно сунув два пальца во влажную вагину. Женщина открыла глаза и рот, пытаясь подняться опёрлась на руки. Как мило она бессвязно что-то кричала, как будто просила и оставить её в покое и не останавливаться. Доведя её до состояния близкого к кульминации, я перевернул её на живот и, как она просила, сильно вогнал в ней член. Вопреки моему ожиданию, вагина оказалась уютной, вполне подходящего размера. Темпераментная женщина больше не пожелала ничего ждать, и практически без моей помощи, энергично двигая тазом довела себя до бурного изнуряюще долгого оргазма. Я чуть было не кончил, и мне пришлось вынуть член из её пожирающей меня вагины.
— Всё, девочки, перекур! Мне надо слегка передохнуть. Жанна, мор
с ещё остался?
Я сел в кресло. Торчащий член с дёргающейся головкой и покрасневшей кожей свечкой возвышался над повисшими, между расставленных ног, яйцами. И я сейчас, честно, гордился собой и моим орудием. Прохладный кислый напиток придал мне сил, и я готов был снова ринуться в бой, но вдруг в двери служебного входа громко застучали и заорали матом.
— О Боже! Это мой алкаш! Наверное, решил на халяву напиться, сволочь! Что делать-то теперь?
— Вера! Не дёргайся. Главное, что мы с тобой всё успели, — я шлёпнул её по голому заду, а она благодарно улыбнулась, — теперь быстренько одевайся и, Тоня, тебе тоже придётся. Бутылку водки, по такому случаю, можно и пожертвовать. Спровадишь их и возвращайся. Так я думаю, а?
В коридоре лязгнули замки, послышались голоса перебранки, грохот захлопнувшейся двери и шлёпанье босых ног Тони по кафелю коридора.
— Быстренько налейте, замёрзла. Дура! Впопыхах забыла туфли одеть! Да и с голой жопой на морозе, удовольствие ниже среднего.
— Тогда и мы выпьем, за успешный исход операции.
Выпили.
— Девочки! Не как начальник, а как очень замёрзшая женщина, прошу — пропустите меня без очереди, пусть он меня погреет. А?
— Хитрая ты Тоня, и здесь нашла причину, чтоб себе хапнуть! — Возмутилась Валя, — Не ровён час и мой придурок заявится! И что я уйду, не солоно хлебавши? Если на то пошло, это мне надо просится без очереди влезть!
— Ладно! Валюша, ладно! Не поднимай муть! Нет так нет! Тем более, что я уже начала согреваться. Ну что? Тянем жребий?
— Слушайте! Правда, пусть Валя вперёд идёт. Мы-то хоть до утра можем кувыркаться. Или кто против? Нет? Ну тогда Валюша, тебе и член, так сказать, в рот!
— А что? Я не против! Спасибо. У! миленький совсем тебя забросили? Ишь как головку опустил! — и она, присев у моих разведённых ног, принялась приводить бойца в чувство. Я, развалившись в кресле, потягивал из стакана, сделанный мной же, коктейль из водки с морсом, и любовался видом минета. Свободной рукой я оглаживал округлости тела Тони, которая забралась с ногами на соседнее кресло. Когда я добрался до её спрятанной в складках живота вульвы, она бедная выгнулась дугой, отдаваясь моим ласкам. Член у меня встал в полную силу, и честно, не знаю, что больше заставило его это
Тридцать три. Часть 1