руку во влажную промежность. — Урок прошёл не даром. Марш ставить чайник! А ты козявка иди ко мне.
Я поднял и поставил Катю на диван над собой, стянул с неё трусишки и хотел потрогать её пухлый лобок, но удержался. Всему своё время.
— Когда ты говорила мне на ушко, что мама умеет, ты что имела ввиду?
— Как что? Минет. Ну, брать пись... член в рот.
— А ты попробовать не хочешь?
— А можно?
— Сегодня тебе можно всё. День рождения.
— Тогда я попробую.
Катя скользнула вниз и оголив головку припала к ней губами. Её маленький ротик, открывался всё шире и шире пока губы наконец не сомкнулись на шейке.
— Так, вы начали следующий урок без меня?
— Нет. Это продолжение первого, просто тебе, Маша, этот материал уже известен.
— Хм! Повторение, мать учения! Катя, дай я тебе покажу, как надо.
Маша села на коленки у меня между ног и взяв член в руку, начала его облизывать, погружать в рот с сомкнутыми губами, или водила головкой по нёбу не закрывая рта, то совала головку за щёку, то глубоко заглатывала. Катя крутила головой и языком, повторяя движения матери. Я смотрел на её припухшие, только начавшие формироваться молочные железы и пытался представить, какая же женщина вырастит из этого гадкого утёнка.
— Подожди, а то я сейчас кончу. — отодвинул я её голову.
— Что кончить?
— Главного, девочка, ты и не уловила. Что мы изучали на первом уроке?
— Член.
— А для чего он нужен?
— Вспомнила! Делать детей!
— Верно. Про семяизвержение помнишь? Ну, так это и называется — кончать. Ладно. Пошли, вдарим по чайку с тортиком
Я встал, повернул Машу к кухне, вложил ей в промежность член и мы зашагали к столу.
— А голой и на самом деле дома ходить интересно. Пить будем?
— Если хочешь, давай накатим по чуть-чуть.
Наконец-то, всё без затей, просто водка. Выпили за Катю, чтоб росла здоровой, красивой и умной. Выпили за Машу. За знакомство. Когда дело дошло до торта, то Маша уронила кусок на себя и попыталась вытереть крем с ног, но я не дал, и сказал, что, перерыв окончен, а сладкая мама для второго урока подходит как нельзя лучше.
Мы вернулись на диван. Машу посадили и раздвинув испачканные кремом ноги, стали его с Катей слизывать. Такая игра всем понравилась, а когда дело дошло до слизывания крема с аккуратно подбритой вульвы, пришлось Кате сбегать на кухню за добавкой. Катя старательно вымазала матери лоно, а потом мы с ней по очереди обсасывали сладкие губы. Маша стонала и истекала желаниями, а я, взяв Катину руку в свою стал проводить экскурсию по интимным уголкам её тела. Маленькая ручка девочки, сложенная лодочкой даже, умудрилась проникнуть Маше во влагалище, повергнув обоих в экстаз, от которого Маша зашлась в оргазме, стеная и дёргаясь. Катя от удивления в глубине, нежности влагалища, долго молчала и не вынимала сжатую в кулачок руку, пока мать не успокоилась.
— Что это было? Тебе больно? Я так испугалась за тебя.
— Дурочка моя! Ты довела меня до оргазма. Это очень приятное чувство. Я уж и не помню, когда такое было в последний раз. Спасибо вам, милые мои.
— Ты думаешь, что урок закончен? Ошибаешься! Катя, ну-ка глянь, что это тут такое?
Я поиграл её пальчиками по возбуждённому клитору матери. Маша зашипела, всасывая воздух через сжатые зубы.
— Что вы со мной делаете? О!
— Катя ты так поделай, а я займу место, вместо твоей ручки. Смотри внимательно.
Напряженная головка пропахала несколько раз вдоль щели и нырнула во влажное влагалище. Его мышцы всё еще
Сын шлюхи.