— Ну что, повелитель разрешаешь этому неверному испить из моего сосуда сладострастия? — вертелась она тазом на хуе Саныча.
— Пусть хлебнёт на посошок, я не жадный, а тут сладости хватает. — впился он в её сосок.
Получив отмашку Гена встал над ними на корточки, измазал свою огроменную залупу, которую она так любила держать в преддверье и заставлять дёргаться его мощный член, сжимая мышцами вагины и сунул в разработанный им анус по самые яйца.
Наташа такого секса ещё не пробовала и от распирающей её заполненности часто задышала.
— Обалдели мальчики? А вдруг разойдусь по швам? Замрите, насильники!... Ладно. Вира по малу.
Это было не повторимо. Оба члена так плотно прижимались к ней, что она ощущала каждый их бугорок, каждую венку, и не точечно, а как-то сразу целиком, всем объёмом своего нутра. Она не спешила к оргазму, но он настиг её неожиданно и сразу с нескольких сторон. Казалось, что взорвалось всё тело и ударило в голову вспышкой света, откатилось в живот и забилось птицей в клетке. Она уже теряла сознание, когда два орудийных раската обожгли её нутро раскалённой спермой. С улыбкой она уплыла на волнах полного удовлетворения.
— Ты о ней такого не рассказывал. — с чмоканием освободил выдоенный член директор.
— А я её такой никогда и не видел. — сознался Гена.
Они уложили её голой на диван и сели голыми допивать коньяк.
— Ебётся она знатно, но для дела этого всё же мало. — смаковал коньяк Саныч.
— Бери, не сомневайся. Она самая мудрая и хитрая. Отдел только так потянет.
— Ладно. Уговорил. Ох и хороша бестия.
— У тебя в приёмной бестия не хуже ждёт.
— Думаешь? Время-то уже позднее.
— А ты позови.
— Прямо так?
— Ты же её видел?
— Таня! Зайди! — крикнул он в селектор.
— Вызывали? — тут же, как будто ждала у дверей ввалилась Таня.
— Выпить хочешь? — протянул ей стакан голый Гена.
— За что? — жадно оглядывала девица обнажённое мужское достоинство.
— А теперь на брудершафт. — притянул к себе Гена смеющуюся секретаршу, а Саныч стянул с неё трусы.
...
Утром Наташа проснулась, как всегда рано, но никак не могла понять, где она и почему лежит в обнимку с обнажённой девицей. Хотелось пить и ссать. Она перекатилась через девицу и узнала в ней секретаршу. Боже! Это она вчера так набралась, что ничего не помнит. Сунула руку в промежность. Сыро со всех сторон. Дорвались сорванцы. Прислушалась к себе. Хорошо, но мало. Нащупала на столе графин и отхлебнула из горла.
— Мне оставь. — шепнула Таня.
— Обратили внимание? — спросила Ната.
— Ага! Со всех сторон. Обкончалась. Низ гудит.
— Залететь не боишься?
— Что я, дура? Ссать охота.
— Мне тоже. Пойдём. Тут не далеко.
— А охрана?
— Да спит твоя охрана. Пошли.
Две обнажённые тени прокрались в туалет. Женщины не знали, что в их конторе очень серьёзно относились к безопасности, и как только они вышли в коридор, то сработали датчики движения, включились камеры и две девахи в цветах и красках появились на мониторах.
— Ты только глянь с какими кралями начальство по ночам развлекается. Во где компра!
— А пулю в лоб не хочешь? Нашёл кого гнобить! Себе дороже. Сотри пока не поздно.
— Сам стирай. А я пойду хоть пощупаю или страху напущу.
— И завтра будешь уволен с волчьим.
— Не ссы! Прорвёмся.
Молодой бойкий охранник взметнулся на нужный этаж и стал ждать, пока девушки выйдут из туалета.
Такой вот Новый год...