- девочка сама широко открыла ротик, высунула язык и смешно зажмурилась.
Ласково глажу по волосам. Не дождавшись встречи губок с моим органом, дочка насупила бровки, но лишь я поднес член, показное недовольство сразу отступило. Из-под опущенных длинных черных ресниц Майя взглянула на моего здоровяка и вздрогнула, но не отступилась. Она небрежно закинула ногу на ногу и продолжила ловить раскачивающийся член широко открытым ртом. Сладостное томление разобрало меня, а эта бестия все дразнит, глотает слюну, причмокивает. "Майя, выпусти единорога на волю!"
P.S. Я заканчиваю главу на самом интересном месте - хочу, чтобы вы в красках вообразили, как юный ротик, туго растянув губки, вмещает сочную головку. Как Майя оценивает ощущения наполненности, запах мужского тела, хлынувшего потока. Как мужчина запрокинул голову и зарычал, прижимая затылок дочери.... Чего мне не хватает? Что я опять здесь делаю? Желание одержало надо мной верх. Брожу по этажам, как одержимый, ищу эту малорослую, веснушчатую девчонку. С витрин недобро смотрят элегантные манекены, их неживые взгляды злорадствуют, лишают присутствия духа. Аси нет нигде. Обошел несколько раз стоянку, покружил по этажам, заглянул в туалеты. Не знаю, почему я так хочу ее видеть, эту вульгарную, распущенную хуесоску. Она не старше моей Майи, хорошо одета, явно из благополучной семьи. Тогда зачем она этим занимается?
Я зашел в тупик - справа женская уборная с длинным рядом кабинок и раковинами напротив, слева - мужская. Нетерпение и слепое стремление во что бы то ни стало заполучить желаемое затуманили мой разум, сузили взгляд до точки. Я не замечаю людей, натыкаюсь на двери. Нужно взять себя в руки и убираться отсюда. Потерянным взглядом я окинул пустые уборные. Обернулся на скрип дверцы и врос в пол от изумления и радости. Из первой кабинки вышел грузный мужчина в поношенном костюме, поправляя на ходу ремень, а за ним прошмыгнула она.
— Ася, привет, - от волнения я схватил девушку за тонкое запястье, - Я как раз ищу тебя.
Девушка остановилась и любопытно посмотрела мне в лицо снизу вверх. Все то же веснушчатое, юное личико. Уверен, она узнала меня, едва заметно улыбнулась краешками губ. Мужчина, как видно - довольный клиент, медленно, тяжело удалялся по коридору, не желая знать очередного клиента юной минетчицы.
— Привет, Арсений, расценки помнишь?
Я кивнул, не сводя глаз с ее лица. Ася невольно отвела взгляд. Казалось, она не спешит, тянет с оказанием услуги. И я не ошибся.
— Давай подождем пять сек, - пояснила она свое промедление, напряженно вглядываясь из коридора в дверцы кабинок.
Наконец, в середине ряда щелкнула щеколда и через несколько мучительно долгих секунд дверца распахнулась. Я обомлел, от неприятного удивления дар речи покинул меня. Из кабинки мужского туалета вышла Майя - моя дочь, мое сокровище, моя любовь. Она смотрела в пол, прошла к раковине, склонилась и пустила воду. Следом из кабинки вышел мужчина за сорок, одетый не опрятно и безвкусно. Майя набрала в рот воды, прополоскала, играя щеками, и выпустила воду, потом умылась и бодро направилась к выходу, где стояли мы с Асей.
Теперь настала очередь Майи застыть на месте от неожиданности. Совладав с эмоциями, она преодолела последние метры и, стараясь сохранять хладнокровие, посмотрела на меня, неловко переминаясь с ноги на ногу. Немой диалог взглядов закончился примирением с действительностью. Хотелось бежать, кричать, схватить дочку и трясти ее хрупкое тельце, кричать, бежать. Чем я лучше, совративший собственную дочь, жаждавший Асю в туалете торгового центра, отдавший жену на пользование чужим мужикам?
Мы шли молча, только Ася беззаботно тараторила обо всем, что ей казалось забавным и примечательным. На третьем этаже
Ступенька 4. часть 2. Детский санаторий