Когда я проснулся утром, Глория не спала, лежа на боку, опираясь на локоть и глядя на меня сверху вниз, гладя мой член.
— В чем дело? — спросил я.
— Что ты имеешь в виду?
— Вчера вечером у меня была голова, киска и партнерша по ласкам, а сегодня утром, если я сильно не ошибаюсь, меня опять ожидает секс.
— Девушка возбуждается, когда беременна. Просто у тебя есть оборудование, необходимое для решения этой проблемы.
Я не мог устоять; Мне просто пришлось сказать это:
— Похоже, ты довольно быстро пережила Джумала. Я ожидал, что ты уйдешь в свою комнату, и всю неделю будешь плакать.
— Я бы, наверное, так и поступила, если бы он бросил меня ради другой женщины или если бы я пришла домой и нашла его в постели с Салли Энн. Но, как ни крути, это произошло, когда он занимался со мной любовью в моей постели, а менее чем через восемь часов после этого в суде обливал меня грязью, что как правило, быстро все убивает. О, послушай, я думаю, он уже готов к игре. Ты же собираешься поиграть, не так ли?..
***
Мы ехали в машине на работу, когда она это сказала:
— Ты — единственный в своем роде, Джек, и когда тебя сделали, то сломали шаблон.
— Как так?
— Я подумала о том, что ты сказал, и наконец, се поняла. Верность. Это, и тот факт, что ты дал свое слово. Честность и правдивость — вот основные слова, верно, Джек?
Все что я мог сделать, это пожать плечами.
— Кто-нибудь другой взял бы эти пять миллионов и убежал с ними. Я не понимаю, как можно быть таким, а затем лгать под присягой в суде.
— В суде я не лгал.
— Ну, конечно! Человек прямо спросил тебя, заплатили ли тебе два с половиной миллиона за то, чтобы ты притворился моим мужем, и ты сказал «нет».
— Это не было ложью.
— Конечно же было.
— Нет, Глория, не было. Мы были в суде, а в суде каждое слово означает именно то, что оно означает. Его вопрос был: «Вам заплатили?». Я не получу денег, пока не истекут пять лет. Если бы его вопрос был: «Вам заплатят?» — то если бы я ответил «нет», то солгал.
Она несколько миль молчала, а затем спросила:
— А что насчет другого?
— Что еще?
— Любишь ли ты свою жену? — Это был предельно прямой вопрос, на который ты только мог ответить, и что ты ответил?
— Я сказал «да», не так ли
— Ну и?
— Ну, что?
— Это была ложь.
Я смотрел на нее несколько секунд, а затем повернулся и посмотрел в окно, сказав:
— Нет, не была.
Она смотрела на меня в течение нескольких очень долгих мгновений, а затем сказала почти шепотом:
— О, боже мой!
***
В то время как я проводил время над нашим судебным делом, накопилась работа, и когда я погрузился в нее, день прошел незаметно. У Глории тоже была полная миска, и мы работали во время обеда, больше не разговаривая до того вечера, когда поехали домой. Не успели мы сесть в лимузин, как она подняла перегородку и сказала:
— Ты сказал, что любишь меня. Как ты можешь сопоставить это с тем, что сделал со мной в том номере отеля.
— У Тины Тернер об этом есть песня. Она называется «Что с ней делать, с любовью?».
— Ты всегда говоришь загадками, Джек? Разве ты не можешь для разнообразия просто дать мне прямой ответ?
— Не загадками, Глория. Ты наняла меня не для того, чтобы я тебя любил. Ты наняла меня, чтобы
Муж захотел групповуху