— Ладно, ладно сынок, вернёмся из города и сразу в лес сходим вблизи деревни. Поищем может что найдём ценного. Тут похоже везде сильные бои шли. Вот видишь в лесу в прогалке виднеются остатки окопов, блиндажей и других незнакомых мне фортификационных сооружений. - сказал мне Толян, показывая рукой на видневшиеся в лесу очертания былой войны.
— Половину дороги уже прошли, давай привал сделаем. Не могу больше, этот карп мне все плечи оттянул. - попросил Толян, когда мы с ним подошли к небольшой деревеньке стоявшей прямо на трассе.
Деревня называлась " Замогилье" и была давно оставленна местными жителями, о чём свидетельствовали заросшие бурьяном дома, стоящие по обе стороны асфальта. Хотя в советское время тут находилось отделение колхоза, об этом напоминали остовы животноводческих ферм.
Дома как и фермы давно разграбили и поснимали с них всё самое ценное и они стояли словно после бомбёжки.
— Тогда давай на остановку зайдём. Там лавочки есть и тень от солнца. - предложил я отцу увидев на обочине дороги бетонную коробку остановки , оставшуюся в деревне ещё с советских времён.
Остановка была целой не разбитой, только её стены с облезой красной краской, наводили на мысль что остановкой этой давно никто не пользуется.
— Эх жаль с собой бухнуть не взяли. Сейчас бы по стопочке не помешало. - сказал Толян доставая из бокового кармана пиджака красную пачку сигарет с дубовыми листьями и короной.
Отец по всей видимости решил взбодриться, а немецкие сигареты как раз хорошо бодрили и придавали организму не только бодрость, но и силы.
— Подожди пап не кури. Я подрачить хочу на прокладку мамы. Ты лучше снова опиши мне её письку. Расскажи какая она? - жалобно попросил я отца снимая с плеч рюкзак с рыбой и ставя его на лавку.
Всю дорогу пока мы шли до деревни Замогилье, я думал об Нелли, об её использованной прокладке лежащей в моём кармане, и об удивительном возбуждающем запахе который она источала. Так пахла пися моей матери, красивой но злой женщины.
— У неё лобок чуть ли не до пупка чёрной волосней зарос. И между ног в промежности тоже волосики есть. Половые губы тёмно-лилового цвета, а вверху из них торчит кончик клитора. Нелли любит когда её по офцирски сношают. Она ложится на спину, сама задирает ноги к верху и тебе остаётся только положить их к себе на плечи. А затем вогнать ей член в влагалище до яиц и ебать до криков, обязательно доставая до матки, она это обожает. - говорил мне отец, описывая предпочтения и прелести своей жены и моей матери.
А я достав мамину прокладку одной рукой держал её у носа нюхая резкий возбуждающий запах женской мочи и выделений которыми была пропитана гигиеническая прокладка. А другой рукой наяривал член представляя как ебу родную мать лёжа " по офицерски, " задрав мамины ножки к на свои плечи. И уже перед тем как кончить, на самом пике наступающего оргазма, мне представилась другая сцена. Нелли лежит на спине широко раздвинув ляжки, а я удобно устроившись между её ног, лежу на животе и сосу у матери клитор. А эта сука Нелли, больно схватив меня за волосы на голове, прижимает мое лицо к своей промежности и заставляет лучше лизать у неё влагалище.
— Как следует соси бляденыш. Делай матери приятно, делай Костя. - приговаривала Нелли, больно держа рукой меня за волосы, заставляя сосать у неё клитор и делать ей очень приятно.
— Ну ты даёшь Костя! Ни разу не видел столько спермы разом.
остров любви