чопорностью. Будучи высокой и худощавой, то бишь имея вполне привлекательную фигуру, она, приезжая к ним на дачу в гости, никогда не щеголяла в открытых купальниках, как и на пляжах, предпочитая закрытые, с непрозрачными парео. Мотивируя наличием излишнего количества мужчин вокруг, которые будут глазеть. Да и вообще, тупо по жизни слыла теткой, скромной и даже чересчур правильной.
— Да… Наташка, - так же со значением, но другим, хитро улыбаясь, произнес имя свояченицы Сергей, - Но, уломать, это как бы моя проблема, ага, с тебя требуется санкционировать, то бишь разрешить и главное - не бухтеть потом!
— Да вообще не вопрос, вперед с песнями, одобряю, разрешаю, где подпись поставить? Но она тебя отошьет как пить дать. Кстати, тебе вот Танюшку-шлюшку, будет куда легче поиметь, – гнусно хихикая сказала Люба.
— Во-первых, перестань ревновать к ней сына, она хорошая девочка, сама же знаешь, - укоризненно сказал Сергей.
— Ага, хорошая, только слабая, на передок. Ну ладно-ладно, согласна… перегибаю. Но пока не могу это преодолеть, - сделала виноватое личико Люба.
— А, во-вторых, сначала мать выебу, а потом и дочкой займусь! - уверенно добавил Сергей и заржал как конь, галопом убегая, но таки получил град ударов по спине, от возмущенно матерящейся жены.
Этот разговор прошел за завтраком, после которого муж отправился на работу, в дверях напомнив жене о уже недельной договоренности, активно намекать сыну на то, что он в курсе всего происходящего. Сергей считал, что к исходу третьего месяца нужно будет полностью открыть карты. Люба бы хотела еще потянуть, чисто из-за эгоизма, ей нравилось быть тайной любовницей сына, но перечить мужу не стала, но ее редкие намеки не понял бы никто, настолько они были легкими, хотя потихоньку набирали вес.
—
Закрыв за мужем дверь, и все еще пофыркивая, мать шла будить сына, причем она реально не планировала заниматься с ним сексом этим утром, и разговор с мужем совсем не поспособствовал появлению игривого настроения. Но Лешка уже не спал, и встретил мать у входа в свою комнату, ибо как раз сам направлялся к ней, с готовым к бою копьем в руке. Буквально.
Сын, уже пару дней не занимавшейся сексом с любимой мамой, был настроен более чем решительно, и сграбастав хихикающую мать, затащил к себе, где сразу же стал жадно целовать, прижимая плотно ее тело к себе, держа руками за задницу. Его страстный напор быстро заразил Любу, и уже через пару минут она, полностью раздетая, была усажена на пол, мягким давлением рук сына на плечи. Уже привычно, ягодицами на пятках, наклонив тело вперед и выпятив зад, опираясь руками о собственные колени - мать, приподняв подбородок и высунув язык, принимала орган сына глубоко в рот. Время от времени поднимая руки, она с наслаждением гладила его бедра и каменные ягодицы. Сын недавно, но быстро, освоился с данной позой, точнее с процессом и самостоятельно ебал мать в жадную глотку. Делая относительно короткие, но четкие фрикции, то сжимая голову Любы руками, то отпуская, и вгоняя член в правильно подставленный рот, двигая только бедрами.
— Глм…ммм…Глм…ммм…Глм…ммм…Глм… - соната глубин материнской глотки сводила Лешку с ума, но он чудом сдерживал себя, не забывая делать паузы, давая матери вдохнуть воздуха.
— «Я стала оральной шлюхой собственного сына!» - думала мать, с извращенным удовольствием наслаждаясь давлению в глотке и радуясь тому, как это действо нравится Лешке, - «Хотя почему становлюсь… и почему только оральной…»
Так подолгу и жестко, в рот, ее даже муж никогда не ебал. Но стоически вытерпев первые несколько раз, дальше стало не просто
Ужин с любимым