дочь. Я только заметил, что она открыла глаза и наблюдает за мной. Естественно я выдернул ладонь, начал ополаскивать пальцы. – Папк, продолжай! Мне приятно! – она шире раскинула ляжки, улыбнулась мне.
— Очнулась, бесстыжая! Сама продолжай! – попытался придать голосу гнев. Но сухость во рту свела на нет, всё моё старание.
— Дура я! Надо было молчать. Открути лейку. – почти приказала дочь. Сделал. – Сказал: «Сама», буду! Прибавь напор... совсем сильно сделай! Горячую прибавь... хватит!
Мне можно было уйти, а я смотрел, как младшенькая, дрочит свой клитор. Брызги воды совсем омочили мои труселя. Резинка на них и так слабая, а утяжелившись они начали сползать с живота. Любка посчитала, что я специально не спрятал член, сказала:
— Дай мне его в рот. – огорошила словами и блядским взором на мой квёлый хуй. – Папк, ну чо ты, бля как целка! ДАЙ МНЕ ПОСОСАТЬ ТВОЙ УД! – по слогам проговорила она, продолжая дрочить себе пизду. Она впихнула наконечник шланга в неё и плавно двигала туда-сюда.
— Он не стóит! – сухим горлом произнёс я.
— Попробую поднять его! Бля, папк, мне бы хоть что-нибудь в рот взять! Хоть вялый член, хоть огурец! Овоща же нет?!
Вообще-то я почувствовал приятный прилив крови к тазу. Шагнул в кабинку – дочь присела на попку, не вынимая шланг из влагалища. Квёлый член влетел в вакуум рта. Любка сразу замурлыкала, усилила разрежение во рту. Более пяти лет член мой стоял лишь по утрам, когда моча давила на него. Сейчас стояк был добротный – не как в молодости или до шестидесяти, но ебать был готов. Галка к 65-ти моим годам была тяжело больна. Искать блядь? Как-то не по-мужски стало – супруга больна, а муж блядует?
И вот он встал. Сердце моё усиленно гнало кровь в образовавшуюся пустоту - с каждым движением головы дочери, член всё больше наполнялся желанием. Желанием двигать тазом, всаживать хуй поглубже. Не в рот, не в горло! В пизду!
Дочь хотела видимо того же – кое-как поднялась, отключив смеситель. Повернулась кормой ко мне, оперлась плечом о кафель, отодвинула левую ногу, сильнее раскрыв манду. Как же приятно всадить весь член в женское лоно! А внутри разогретой горячей водой вагины, так вообще жарко! Я хотел плавных, медленных погружений члена в этот расплав, но Любка заорала:
— Чаще...! Ещё чаще...! Давай, папка, еби чаще... Да.... Да, родненький! – я почувствовал её пальцы на губёшках пизды, они плотнее сдавили член. - Давай еби.... Чаще, папочка! Ещё чуток, папуля! Ещё чаще!
Чаще, бля, не получалось. Ну исполнял, как мог. Плотно ударял животом о крупную жопу, сильно тискал пальцами её талию. Когда почувствовал, что кончаю, послал на хуй её оргазм. Как же кайфово в 70 лет кончить.... — Наконец-то и Я это сделала! – произнесла Любка, присаживаясь на кресло-кровать, где пришлось спать мне, пока они гостили у меня.
А больше некуда их укладывать! Квартира однокомнатная, обстановка аскетичная, созданная нами с Галкой в конце 90-ых. Тогда мы продали квартиру в Акмоле, тогдашней Астане. Переехали в посёлок под Курганом. Денег хватило только на покупку однокомнатной.
— Не лезь со своими грязными губами к моим! – остановил порыв дочери, попытавшейся выказать какое «счастье» она совершила. – Часу не прошло, как ты отсосала водиле!
— Ой, посмотри, какие мы брезгливые! – Любка подскочила, поправила подол ночнушки. – В горле и вправду паршиво. Выпьешь со мной?
— Вино выпью. – осознавая, что зря напомнил дочери о «проступке», согласился составить компанию дочери. Водку перестал пить – по утрам херово, хоть топись.
Познакомила с коллегой