мой разум затуманиться от удовольствия твоего тела, как когда мы были молоды. Она коротко взглянула на дочь. Извини, Маккензи, но это правда, я мечтала, что твой отец трахнет меня, простит, а потом будет заниматься со мной любовью вечно. В моих мечтах мне было все равно, что он водопроводчик. Я просто хотела, чтобы меня любили. К сожалению, Стивен никогда по-настоящему не любил нас. Для него мы были реквизитом, чтобы он выглядел лучше.
Это были мои мечты, но когда я просыпалась, сука, которой я стала, просыпалась вместе со мной, и внезапно я стала миссис Стивен Моррисон, и Терри снова нужно было уничтожить. Итак, Стивен питал это мышление, и в то время я не знала, что я разговаривала и стонала во сне, что заставило его сорваться.
Я испытывал к ней мало сочувствия, и она знала, что никакого примирения никогда не будет. Но я должен признать, что это решило несколько вопросов о том "почему?".
— Итак, ты разведена и вы живете в квартире в Мейтленде. Это все еще не объясняет, почему вы здесь? - спросил я.
— Ну, как я уже сказала, я знала, что мы уничтожили все шансы на отношения с тобой, и после развода со Стивеном мне пришлось несколько раз останавливать Маккензи от попыток связаться с тобой, иначе она потеряет этот трастовый фонд. Это помогало нам платить за квартиру, пока я работала администратором в местной фирме по недвижимости. С точки зрения денег у нас все было не очень, но, как и тогда, когда мы были женаты, у нас все было хорошо вместе, как у матери и дочери. Мы смирились с тем, что это была наша жизнь, и, возможно, никогда больше не заговорили бы с тобой, однако около шести месяцев назад Маккензи начала уставать. Она приходила домой и почти падала в обморок. После нескольких визитов к врачам мы узнали, что у нее редкая форма рака костей...
Она остановилась на этом, позволяя ему осознать это.
— То же самое, что было у мамы? - спросил я, начиная скрипеть зубами.
— Да, Терри, мы тогда не знали, но да, то же самое, что и у твоей матери. Мы оказались у того же специалиста, что и Джозефина, и около трех месяцев назад он выяснил, что ты биологический отец Маккензи.
Маккензи смотрела на меня со страхом в глазах. Она знала, что сидит рядом со мной, но не знала, как со мной заговорить. Ей что-то было нужно.
— Итак, что вам нужно, Кэрол, Маккензи? Вам нужно больше денег? - сказал я, начиная злиться. Несмотря на ужасную природу рака и наблюдение за тем, как умирает моя мать, я был расстроен тем, что с этими двумя все вернулось к деньгам.
Хармони положила руку мне на плечо, прежде чем я успел сказать им:
— Нет, Детка, я не думаю, что на этот раз им нужны деньги. Напротив, я думаю, что им нужен именно ты.
— Я?
Я заметил, что Кэрол кивнула, когда я вопросительно посмотрел на Хармони.
Хармони сложила два и два вместе:
— Да, Терри, когда Джозефина была в свои последние дни, если ты помнишь, они рассматривали новое лечение этого вида рака, которое включало пересадку костного мозга и серию инъекций плазмы, которые могли бы помочь бороться с раком наряду с традиционной химиотерапией. Я права, Кэрол?
— Да, Хармони, не так ли? - спросила Кэрол тихим голосом. Хармони кивнула.
— Ты права. Хотя наш бюджет на лечение Маккензи ограничен, мы справимся, и после всего, через что мы тебя заставили пройти, ты можешь подумать, что я жестокая сука. Но
Отработка