— Может быть, вы поссорились. Деловые отношения иногда заканчиваются плохо.
Обвинение в том, что я преступник, взбесило меня, но я сохранил нейтральное выражение лица.
— А ты не рассматривала возможность того, что я говорю правду?
— Конечно. Я рассматриваю любую возможность. Просто не знаю, какая из них реальность. - Она улыбнулась. - И все же.
— Можешь сказать моей бывшей жене, что если бы она делала свою работу как следует, мне бы не пришлось делать ее за нее.
— Я рада, что ты заговорил об этом. Ты не работал в галерее, что выставляла картину на аукцион. На самом деле, там отклонили твое заявление о приеме на работу и наняли вместо тебя твою бывшую жену. Верно?
— Да.
— Тогда почему ты так стремился помочь им избежать фальсификации?
— Потому что ценю правду. Такова моя работа.
— Отлично! - сказала она, сцепив руки вместе. - Это наше общее дело. Я рада, что могу рассчитывать на тебя, что ты поможешь мне докопаться до сути дела.
Она поднялась со стула и протянула мне свою визитную карточку.
— Спасибо, что сегодня уделил мне время, Адам. Мне было приятно поговорить с тобой. Прости, если некоторые из моих вопросов были немного острыми, но я считаю, что легче оценить, насколько правдив человек, если его немного напрячь.
— Если вспомнишь еще какие-нибудь детали, что могут быть уместны, или почувствуешь, что тебя мучает чувство вины, мой номер на карточке.
— Моя совесть достаточно чиста.
— Будем надеяться, что так и останется. Приятного дня.
Она повернулась и вышла из кабинета. У меня было чувство, что я вижу ее не в последний раз.
***
Я провожу свои дни, выявляя подделки, но никогда не сталкивался с тем, чтобы кто-либо проверял на признаки мошенничества меня. Мне не очень нравилось быть на другом конце микроскопа.
Не способствовало моему спокойству и то, что у меня в квартире стоял поддельный Ренуар. Это было бы нелегко объяснить Монике. Эта вещь старая? Я даже не помню, где я ее нашел.
Тем не менее, я ни минуты не подумал о том, чтобы избавиться от нее. Во-первых, нельзя выбрасывать подделку на помойку, когда вокруг шныряет частный детектив. Во-вторых, идея бросить или уничтожить шедевр - а подделка или нет, но это был именно шедевр - была бы отвратительна для любого человека с хоть каплей художественного чутья. К тому же, она была от Карины. У нас слишком много истории, чтобы я мог отказаться от такого подарка.
Но настоящая причина, по которой я хранил ее, была еще проще. Мне требовалось знать. Лучше ли она, чем я?
Я не мог рисковать, пытаясь перенести картину в свою лабораторию. Подозревал, что за мной издалека будет наблюдать Моника, по крайней мере, какое-то время. Кроме того, был шанс, что кто-то еще мог увидеть, как я работаю над картиной.
В моей квартире есть несколько инструментов, которые я использую для своей независимой работы консультантом, в основном, это - вещи, которые я взял из своей старой лаборатории до того, как устроиться на работу в галерею Кифера. Я решил начать с этого.
Я осмотрел каждый сантиметр картины на предмет синтетических волокон, волос или чего-то другого, чего не должно быть в краске. Карина, должно быть, работала в стерильной комнате, потому что картина была безупречна.
Подпись, расположенная среди травы и цветов в правом нижнем углу, идеально совпадала. Как и в оригинале, последняя буква «Р» была слегка темнее и отчетливее, чем остальные буквы, которые по сравнению с ней казались немного блеклыми.
Холст соответствовал эпохе, и мазки кисти также выглядели именно такими, как нужно.
?С КОНЕМ!!! - ЭТО КРУТО? Часть -3