но я был удивлен, что практически все "наши" друзья ушли. По крайней мере, я был удивлен, пока один из этих бывших друзей, не объяснил мне ситуацию: похоже, Трейси говорила всем, что я бросил ее после рождения ребенка... не упоминая, что ребенок был не мой.
Я сидел в соседнем баре — в одиночестве, конечно — когда вошли Карл и Сьюзи Диммик, и заняли столик. Карл и Сьюзи были одной из тех пар, которые я считал одними из "наших друзей", но когда я подошел к их столику, чтобы поздороваться, то получил очень прохладный прием. Сьюзи откровенно насмехалась надо мной, а Карл был едва ли вежлив. Учитывая, что я не сделал ничего такого, что могло бы их обидеть, я был взбешен таким плохим приемом и не собирался спокойно уходить.
— Что, блядь, я вам двоим сделал? — рычал я.
— Не нам, а Трейси, — шипела Сьюзи. — Как ты мог просто уйти, от самой милой женщины в мире, потому что у нее был поздний ребенок? Ты отстой, ты знаешь это?
— Так вот в чем дело? — сказал я, почти в шоке. — Как насчет того, чтобы выслушать всю историю, а потом решить для себя.
Они оба предложили мне сесть, но я был слишком взволнован, и просто стоял перед их столом. Я подошел поближе, потому что не хотел кричать.
— Итак, я могу предположить, что никто не упомянул вам, что поздний ребенок, о котором вы говорите, НЕ МОЙ, вы, ублюдки! Она жила со своим бывшим парнем и залетела от него, и это ЕГО ребенок! Он умер от рака, через месяц после того, как она забеременела, а она пыталась обмануть меня, чтобы я думал, что это мой ребенок. Двадцать четыре года брака, и вот такое уважение и преданность я получаю. Так что нет, я не бросал ее. Она бросила меня. Пошла она... пошли вы все на хуй. Вы и лошадь, на которой вы приехали!
Я оставил за столом, двух ошеломленных бывших друзей.
Мое второе Рождество, в качестве разведенного парня, началось точно так же, как и первое. В этом году, в клубе неудачников в Barnes & Noble в канун Рождества, было четыре человека: я, еще один парень и две женщины. Я смотрел поверх своей книги и оценивал женщин. У одной были вьющиеся рыжие волосы, веснушки и симпатичное лицо, а вторая... ух ты, зачем она здесь? Она была, по меньшей мере, красива: Азиатка, с черными волосами длиной до пояса и изгибами, скрывающимися в толстовке и узких джинсах. У нее была идеальная нестареющая кожа, и я предположил, что ей где-то от 50 до 55 лет. Я наблюдал за ней около минуты, а потом решил, что к черту: все, что она может сделать, это сказать "нет".
Я взял свою книгу и латте и направился к ней. Она подняла голову, когда я подошел на расстояние разговора.
— Я не видел тебя здесь в прошлый сочельник. Ты новенькая, в клубе неудачников в канун Рождества. Я Бобби, президент клуба. Что привело красивую женщину, в этот знаменательный день?
Она хихикнула над моей неудачной шуткой, и это был самый восхитительный звук, который я слышал за долгое время. Я продолжил.
— Я знаю, ты не поверишь, но у меня в морозилке есть второй ужин "Голодного человека", который я могу разогреть сегодня вечером, если у тебя еще не заказан столик. Я знаю, что мы только что познакомились, но...
Я подарил ей свой лучший щенячий взгляд, надеясь, что вспомнил, как это делается.
как магнитом тянет пройти с ней это снова.