удобнее и я согласился. Сверху я поглядывал на сестру. Она теперь сидела на своей койке в окружении двух мужчин. Трое других сидело на моей койке напротив. Все они играли в какую-то карточную игру. Я опять отвернулся от них и продолжил читать свою книгу. Краем уха я иногда слышал, как Нинка хохочет от сальных шуточек рабочих.
Как оказалось они играли в карты на раздевание. Когда я развернулся на другой бок к ним лицом, я увидел, что все мужчины уже избавились от своей верхней одежды. Накачанный парень сидел в одних плавках. Нинка азартно разглядывала свои карты и что-то подсчитывала. Она сидела в одних трусиках. Мужики пялились на ее круглые груди.
Мне показалось это уже через чур, и я пристыдил ее. Какого черта, мы же договаривались возвращаться домой спокойно без приключений! Она же похоже обиделась на мое ханжество и надувшись, быстро одев свою одежду, молча ушла курить в тамбур. Через 20 мин я подумал, что ее что-то долго нет. Пока я шел вдоль вагона, вахтовики из соседних купе глядя на меня отводили взгляд и ухмыляясь перемигивались. Было такое ощущение, будто они что-то знают, чего я не знаю, и это знание каким-то образом касается меня.
В темном накуренном тамбуре тусклый свет пробивался через пыльное дверное окно и падал прямо на яркую светлую фигуру Нинки в окружении пяти крупных мужчин. Ее белые нейлоновые колготки были приспущены до колен, а верх топика уже сполз вниз, открывая ее белые груди. Нинка, опираясь спиной на стоящего за ней накачанного парня откинула голову назад. Повернув лицо вправо, она страстно целовалась с седоватым и авторитетным вахтовиком. Мужчина при этом запустил свою пятерню между ног моей сестры и поглаживал пальцем ее кружевные трусики. Немного полусогнув и расставив ноги в стороны, Нинка мелко подрагивала в экстазе еле сдерживая свой стон. Другой высокий мужчина, наклонившись вперед левой рукой сжимал Нинкину оголенную грудь и губами впился в торчащий сосок ее левой груди. Девушка, видимо не отдавая себе отчета, автоматически схватилась обеими руками за растущие члены мужчин. Трое остальных парней окружили эту троицу со всех сторон и пока только рассматривали сцену тайно поглаживая свои члены.
— Нина, мы же домой едем! Ты же обещала, - растерянно воскликнул я громким и возмущенным голосом. Она не сразу отреагировала. Наверно секунд десять ее взгляд из безумного медленно возвращался в нормальное состояние. Она молча застегнула топик, быстро натянула свои колготки и оправила юбку. Затем стараясь не глядеть на меня с обиженным видом прошмыгнула назад в вагон.
— Мужик ну что ты ерепенишься? Не видишь сеструха твоя хочет хуя? Дай ты ее нам? Мы так истосковались, —сказал тот самый авторитет что минуту назад целовал мою сестру в засос.
Я медленно достал сигарету и закурил. Я отлично понимал, что пока они трезвые они говорят со мной вежливо.
— А что у газовиков на вахте хорошие зарплаты? – спросил я, хитро глядя на них.
Меня волновал чисто академический вопрос. Как они собираются все это обставить в открытом плацкартном вагоне, битком набитом пассажирами. Если бы это был купейный вагон с перегородками, то вопросов бы не возникло. Однако в вагоне, где нету дверей и где есть лишь только небольшие перегородки между лежаками, где все пассажиры едут все вместе - мне казалось, что в таких условиях нет никакой возможности организовать какой-либо интим. И все же, когда я вернулся из тамбура выкурив там три сигареты подряд, я понял, что вахтовики нашли самое простое и незамысловатое решение. Дело в том, что большая и дружная кампания
Экстрим воспитание. Продолжение.