документы своему адвокату, бывшую адвокатом моего босса, когда он разводился пять лет назад. Она мне сказала, что это хорошая сделка, и если я ее подпишу, она сможет начать действовать прямо сейчас. Пройдет около шести месяцев, и я окажусь в статистике разводов... вот так.
Мои дочери были так же удивлены просьбой матери, как и я, когда в то воскресное утро мы им рассказали о просьбе Трейси о разводе, после того как они вернулись домой от ее родителей.
– Что ты натворил, папа? – практически кричала на меня Мо, после того как Трейси выложила свою сенсацию.
Я ожидал негативной реакции, но не был готов к нападению, тем более что не я был инициатором этого поступка.
– Не моя вина... не мой выбор... не моя вина, – сказал я.
Мо перевела взгляд с меня на свою мать. Трейси опустила глаза. Это был первый раз, когда она не выглядела полностью контролирующей ситуацию.
Морин, восемнадцати лет, старшеклассница, была практически двойником Трейси, как внешне, так и по поведению. Она скрестила руки под грудью и сверлила Трейси взглядом.
Как и много раз до этого в нашем браке, Трейси посмотрела на меня, ожидая, что я приду ей на помощь с объяснениями. Я поднял брови и поднял руки в знак капитуляции.
– Твой цирк, твои и обезьяны, – сказал я.
Трейси посмотрела на обеих девушек. Джудит было шестнадцать лет, и она была второкурсницей.
Объяснение девочкам заняло десять минут. Период вопросов и ответов занял еще минут десять. Отступление и извинения заняли еще пять минут.
– Прости, папа. Наверное, я слишком поспешила, – сказала Мо, когда Трейси закончила со всем.
Затем снова повернулась к матери.
– Какого черта, ты, сучка? Ты просто выбросила почти двадцать лет жизни с самым милым парнем на свете? По прихоти? Это плохая шутка, да? – кричала она на Трейси.
Трейси заикалась и запиналась. Она объяснила девочкам не лучше чем мне. Повторила, что не изменяла мне и не хотела изменять. Мы продолжали жить в нашем доме, я оставался в гостевой комнате, пока развод не был завершен.
***
Две недели спустя мне неожиданно позвонил сосед Джон Риган, живущий через два дома от нашего дома. Мо, Джуд и я уплетали на ужин пару пицц, так как Трейси работала допоздна. Это было то, что ей иногда приходилось делать за пятнадцать лет работы в First Financial, поэтому мы с девочками обычно использовали это как возможность получить на ужин что-нибудь «вкусненькое».
– У тебя есть минутка, Кинг, чтобы поговорить без девочек? – спросил Джон тоном, который я обычно слышал от гробовщика.
– Пойдем в мой кабинет, Джон, – сказал я, вставая из-за кухонного стола.
Обе девушки посмотрели на меня. Я кивнул и вышел из-за стола.
– Итак, Джон. Что случилось? – спросил я.
– У вас с Трейси все в порядке? Понимаешь, о чем я? – неуверенно спросил Джон.
Я точно знал, о чем спрашивает Джон Риган. Быстро обсудил с самим собой, хочу ли я покрывать свою будущую бывшую жену.
– Нет, у нас не все в порядке, – ответил я. – Две недели назад она подала на развод. А что?
Молчание длилось около пяти секунд, после чего он прочистил горло.
– Потому что она в задней комнате Beef and Spuds играет в поцелуйчики с каким-то молодым парнем. Хелен чуть не выплюнула свою еду, когда они вошли рука об руку, и чуть не умерла от сердечного приступа, когда они поцеловались.
– Черт, – тихо сказал я. – Спасибо за информацию.
Когда закончил разговор, я посмотрел на лица своих дочерей, вошедших в комнату.
Открытие для себя