Как раз в это время подошла Кэти с нашей едой. Она снова посмотрела на меня, когда ставила ее на стол: "Итак, ты здесь второй день подряд. Ты друг Серены?"
Серена ответила прежде, чем я успела открыть рот: "Он работает здесь, Кэти".
"Работает?"
Я наконец-то вышла из своего транса и заговорил: "Да, я новый посудомойщик".
"О, хорошо; думаю, тогда я буду видеть тебя часто", - Кэти улыбнулась, и мое сердце растаяло. "Что же, добро пожаловать на борт", - продолжила она, но несколько парней вошли и сели в ее секции. Она извинилась и пошла к ним, чтобы принять заказ. Серена заметила, что я все еще смотрю.
"Теперь можешь закрыть рот, - прокомментировала она, - а то муха залетит".
"Она очень милая".
"Да, очень. Мы подружились, когда она только начала работать здесь, - ответила Серена, - хотя она слегка старовата для тебя".
Я усмехнулся: "У меня все равно нет никаких шансов с такой, как она. Я думаю, что некоторые люди просто обречены всю жизнь быть одинокими. Я мечтал о том, что когда-нибудь у меня будет семья. Настоящая, знаешь, жена, дети, все такое, но я не думаю, что это когда-нибудь случится, не для меня; наверное, я просто не такой".
Я был уверен, что на лице Серены появилась жалость, и хотя я как бы изливал ей свое сердце, я не искал ее жалости, поэтому я снова сменил тему.
Я узнал, что Серена и ее мать все еще живут в том же самом доме, где она выросла. Ее отец отремонтировал квартиру в задней части ресторана несколькими годами ранее, когда они с матерью разошлись. Она не сказала, почему они развелись, но у меня сложилось впечатление, что она больше винила свою мать, чем отца. Я мог сказать, что она очень сильно переживала, когда Стэн съехал, но, думаю, ей было неловко говорить об этом, зная, через что мне пришлось пройти.
В течение следующих нескольких месяцев Серена приходила в ресторан несколько раз в неделю, и мы обедали. Она мне очень нравилась. С ней было весело и легко разговаривать. К сожалению, осенью она собиралась поступать в колледж. Я не говорил ей о своих чувствах, но она была первым и единственным настоящим другом в моей жизни. Я проплакал в своей комнате всю ночь после ее отъезда.
Тем временем я уговорил Стэна предоставить мне небольшое пространство в углу ресторана, которое было слишком маленьким для столика. Я нашел на складе старый деревянный стул и соорудил из обрезков пиломатериалов небольшую подставку для чистки обуви. Стэн брал десять процентов за аренду помещения, но даже после вычета его доли и моих расходов я получал от двадцати пяти до тридцати пяти долларов в день за чистку обуви. Стэну это понравилось, потому что люди иногда видели вывеску, которую я повесил в окне, заходили почистить обувь и оставались на обед.
Стэн помог мне открыть сберегательный счет в банке на соседней улице. Черт, я зарабатывал более трехсот в неделю и при этом получал бесплатную комнату и питание. Деньги копились быстро.
Была середина ноября, и старик Зима уже нацелился на Чикаго. Я повесил на стул табличку "Перерыв на обед" и подошел к стойке, чтобы перекусить. Кэти была рядом и принимала мой заказ.
"Наверняка ты скучаешь по Серене, не так ли?"
"Да, с ней очень приятно поговорить, " - ответил я.
Она посмотрела на меня с язвительной усмешкой: "Поговорить, да-да, я уверена, что вы двое делали больше, чем просто разговаривали".
Я понятия не имел, что она имела в виду. Через три месяца мне исполнялось девятнадцать, но я был не лучше
Чудесная помощь другу