что все еще закрыто, так что мое воспоминание просто оборвалось.
— Вау. Гиас — это не шутки.
— Ты прав. Теперь, успокойся. — Майк откинул голову между грудей Найи, уставившись в потолок. — Посмотрим, смогу ли я вернуть тебя на момент следующий за блокировкой.
Эмили поднялась по подвальной лестнице, бросив мешок с костями в мусорное ведро рядом с кухонной стойкой. Маленькая зеленая тень попыталась удрать с кухни, но Эмили встала перед ней, прежде чем та успела убежать. Уперев руки в бок, она сердито посмотрела на маленькую гоблиншу. На Тинк было голубое платье маленькой девочки, ее волосы были заплетены в косички. Она держала руки за спиной, глядя на пол.
— Что ты можешь сказать в свое оправдание? — спросила Эмили. — Я видела беспорядок, который ты оставила в саду.
— Я очень сожалею о проекторе, — сказала Тинк. — Я просто хотела узнать, как работает волшебная шкатулка.
— И из-за этого у нас больше нет волшебной шкатулки. Все очень злы на тебя. — Слезы медленно текли по щекам Тинк, но она молчала. — Тебе нужно найти способ загладить свою вину перед всеми. Что-то большое, что-то, что заставит всех простить тебя.
— Я постараюсь, я очень постараюсь, вот увидишь! — Юная гоблинша вышла из комнаты, шмыгая носом и вытирая слезы. Эмили вздохнула — гоблин был занозой в ее заднице. Большую часть времени она была покрыта грязью и настояла на том, чтобы жить в странном подвале под гаражом. Захватив ведро с гамбургерами, Эмили вышла во двор, отправив воздушный поцелуй Найе, которая плавала в фонтане. Найя поймала поцелуй и послала в ответ свой собственный. Подойдя к оранжерее, Эмили покачала головой. Лозы Мандрагоры в своем нетерпении распахнули дверь.
— Привет, сладкий горошек. — Лианы дернулись, распутываясь, как гигантский клубок змей. Одна большая лиана скользнула к ней, приподнявшись, как собака. Эмили нежно провела рукой по листве, и лианы задрожали от восторга. Она бросила лианам куски сырого мяса, которые свернулись вокруг каждого и утащили его обратно в теплицу. В конце концов она передала большой лиане ведро, которая унесло его, закрыв за собой дверь теплицы. Рядом стояло вчерашнее ведро, вычишенное Мандрагорой. Эмили взяла ведро, небрежно помахала им и понесла обратно в дом.
Абелла слетела с крыши и мягко приземлилась на траву. Горгулья сложила крылья на своем теле, создавая иллюзию, что она носит плащ. — Эмили. Кто-то снаружи наблюдает за домом.
— Это странно. Интересно, кто это может. .. о нет. — Эмили точно знала, кто это был. Бросив ведро, она побежала через дом, выскочив в входную дверь. Сесилия стояла наверху ступенек, широко раскинув руки, чтобы не дать постороннему пройти дальше.
— Гаррет. — Мужчина на передней дорожке был одет в черный блейзер поверх белой рубашки и темные джинсы. Его волосы были зачесаны назад, а взгляд был хищным.
— Отзови своего сторожевого пса. Я здесь только для того, чтобы поговорить.
— Я улажу это, Сесилия. — Банши бросила на Эмили недобрый взгляд, прежде чем исчезнуть. — Я думала, что сказала тебе никогда больше не возвращаться.
— Ну, я передумал. — Сегодня лицо Гаррета было особенно самодовольным. Эмили не могла не заметить, что худощавый мужчина, походивший на профессора, которого она когда-то знала, стал сильнее, как будто он тренировался. Он был гораздо привлекательнее, чем в последний раз, когда она видела его два года назад.
— Ты не отступишься. После того, что сделал. — Унаследовав дом, Эмили провела пару лет, путешествуя по стране, пытаясь добыть сведения о монстрах, живущих в нем. Гаррет был знатоком европейской мифологии, и
диван на двоих