рефлекторно расслабляется и вот уже головка члена между её нежных губ. Она смотрит на меня, брови жалобно вздёрнуты, но безмолвное робкое сопротивление лишь помогает мне разрядиться. Бедняжка пытается вывернуться в последний момент, когда сперма уже изливается в её рот, но я удерживаю её подбородок правой рукой, чуть сильней стискиваю шею у затылка левой и она смиряется. От неожиданности она проглатывает моё семя, ошарашено смотрит на меня, когда я вытаскиваю измочаленный член, postcoitum боящийся любого прикосновения, наружу и она понимает, что её рот уже пуст, она непроизвольно проглотила всю порцию. Юля растеряно хлопает ресницами и я решаю успокоить её – ложусь рядом, лицом к лицу и нежно целую в мокрые, припухшие и остро пахнущие моей спермой губы. Это даётся мне не так легко, уже наступает послекоитальная тоска, она у меня обычно недолгая – пара минут и всё, но всё же, вкус спермы, хоть и своей собственной, во время акта и после, это две большие разницы, настрой другой и порог толерантности тоже. Но я смог поцеловать Юлю. И вовремя вспомнил о её молочных грудях. Сполз ниже и с удовольствием всосал, запивая не самый приятный вкус спермы свежайшим сладким молоком по очереди из обеих сосков.
Есть множество людей, для которых в сексе важней всего фрикции, голая физиология, а мне особо острые впечатления дают всякие психологические нюансы. Мы лежали на краю кровати – оказалось, что за время соития мы промочили потом середину простыни и говорили.
— Лева, - тихо спросила Юля, - что теперь? Как теперь?
— Тебе понравилось, - не спросил, а констатировал я, - очень понравилось, я видел. Значит мы будем повторять. Часто и к обоюдному удовольствию.
Юля вздохнула:
— Как стыдно... Я же замужем. И Лёня твой друг...
— На войне и в любви правил нет, - ответил я.
— А у нас любовь? – спросила Юлька.
— В какой-то мере – да.
— Как Лёне в глаза смотреть? Лгать...
— Юль, можно и не лгать.
— Признаться? – непритворно ужаснулась Юлька, - Лёня меня боготворит, а как дочку родила – пылинки сдувает, как ему сказать..
— Я же не сказал, что признаться надо. Можно просто не говорить. В конце концов, он просил меня утешить тебя, ну я же тебя и утешил.
Она с сомнением посмотрела на меня:
— А если он прямо спросит, трахались ли мы с тобой? Бля..что я сделала, - у неё слёзы выступили на глазах, - шлюха...
— Да, - я с каким-то весёлым удовольствием сказал, - шлюха. Моя любимая шлюшка. Развратница. Классная, красивая, страстная шлюшка и прекрасная жена. Зачем мужа огорчать? Он тебя любит, ты его любишь, ну и любите друг друга.
— А ты? А мы с тобой?
— А я буду тебя утешать. И, кстати, на прямой вопрос ты можешь ответить вопросом. Например: Ты всерьёз подозреваешь, что я спала с твоим другом, который помогал мне, пока ты служил? Который как брат и мне и тебе?
Она растерянно смотрела на меня и я продолжил:
— Вот в этом ответе-вопросе есть ложь? Нету. Есть признание? Нету. Ну, а в принципе, кому стало бы лучше от признания? Ни тебе, ни Лёне, ни мне, - я усмехался, шутил, но Юлька, похоже, восприняла мои слова всерьёз.
— Юль, не парься, будет время обсудить всё.
Юлька молча лежала, глядя в потолок, а я стал гладить поочерёдно её тугие груди, ареолы сосков были припухшими а на эрегированных вершинах белели мельчайшие капельки, ладонь моя сразу стала влажной от сочащегося молока.
— У меня много, - заметив, что я разглядываю мокрую ладонь, сказала Юлька, -
Уроки для сестренки 2 (брат и друг)