Меня не оставляло равнодушным ее тело, маленькая упругая грудь, гладкая кожа, но она была ребенком. Она училась на первом курсе средней школы. Я был парнем из колледжа, поэтому я похоронил неправильные чувства и прижал ее к себе. Мы идеально подходили друг другу, были созданы друг для друга.
Ей было 14, мне - 19, но я знал это уже тогда.
Я любил Бет. И всегда любил. Однажды она станет моей.
* * *
Мне было 23, ей - 18. Мы проводили выходные вместе не реже раза в месяц. Первые два лета были тяжелыми, когда я вернулся домой, оставив свою Бет.
Моя семья хотела знать все, и я ничего не скрывал. Отношения с матерью у меня были не такими, как у большинства сыновей. Мы были близки, интимны, не как любовники, а как все остальное. Мы делились своими мыслями, мечтами. На протяжении многих лет она рассказывала мне о всей своей жизни с моим отцом. Я знаю, что отчасти это было связано с тем, насколько я был похож на него.
Она прижималась ко мне, когда мы смотрели фильмы, я обнимал ее, прижимая к себе. Мы часто целовались, больше чем дружески, но меньше, чем любовно. Это должно было быть неловко, но это было естественно. Я любил маму и был для нее опорой. После потери отца нам приходилось часто опираться друг на друга.
Я не раз проводил ночи в ее постели, обнимая ее, когда на меня накатывала депрессия. Я признавал, что она привлекательная женщина, но не более того. Она принадлежала моему отцу, и она была моей матерью.
Я обнимал ее, позволял ей плакать на моем плече, целовал ее слезы и напоминал ей, как сильно я ее люблю и всегда буду рядом с ней. Я обещал это отцу и собирался выполнить свое обещание.
У меня сложилась репутация человека, который делает то, что обещал. Я знаю, что немалую роль в этом сыграли последние слова отца, когда он сказал мне, что знает, что я поступлю правильно. Думаю, я всегда хотел, чтобы он мной гордился. Это дало мне моральный компас.
Мы с Пегги были близки, но не так, как с мамой. Мы были типичными братьями и сестрами: дразнились, раздражались, иногда ссорились. Мы любили друг друга, хотя редко говорили об этом.
На третье лето я осталась в Питтсбурге, посещая летние курсы и работая на стажировке. У меня была машина, и все свободное время я проводил с Бет. Мы были парой. Мы не были любовниками, но мы были ближе, чем любая другая пара, которую я знал.
Я часто пел ей серенады, писал для нее плохие песни, плохо их исполнял, и ей это нравилось. И по сей день я вижу, как она сидит у моих ног, смотрит на меня большими голубыми глазами, ее обожание ясно как день. Если я брал в руки старую папину гитару и не играл хотя бы раз "Beth" группы Kiss, она дулась. Она никогда не просила об этом, но я научился и заканчивал каждую маленькую сессию, позволяя своей музыке сказать ей, что я люблю ее.
Я взял ее с собой на выпускной бал. Она была потрясающей, высокой, красивой, пленительной, самой красивой девушкой из всех, кого я знал. Хотя, может, я предвзят. Я сделал все возможное: арендовал лимузин, отвез ее на шикарный ужин, танцевал с ней и ее друзьями. После этого я отвез ее в отель.
Мне было 23, ей - 18. Мы занимались любовью в первый раз.
У меня было всего две любовницы, и эти переживания не могли
Город без чести (Части 2 - 3)