он. – Ты вроде обещал пустить, если чё! Пацан сказал – пацан сделал. Или ты пиздобол? – неприятным тоном уточнил он, снова отплевывая шелуху.
В тот момент мне захотелось разреветься от бессилия и обиды, но я боялся опозориться ещё сильнее и с трудом сдерживался.
— Можно Мовсара позвать, раз ей нравятся нерусские, - начал усугублять Кочан. – Он по-любому не откажется бабу трахнуть! Пусть он начнет, а мы потом если че присоединимся. Ему-то она точно даст!
— Никому она не даст! – подскочил я, сжимая кулаки.
- Да успокойся ты! – рявкнул на меня гопарь и обратился к Кочану. – В натуре, слушай! – просиял Лысый. – Она же ему сразу даст, без выебонов!
Я бы хотел заорать, что моя мама не такая. Но она, блядь, была именно такая… конченая шалава.
И это была просто жесть. Мовсар – это местный азер, грузчик из «пятерочки».
Здоровенный мужик, тоже волосатый весь, без бороды, но небритый. Внешне и лицом он напоминал какого-то зверя дикого, я не знаю, как его на работу взяли с такой грозной физиономией.
— Щас я его позову! Кочан, смотри за Лёхой, чтобы он к мамке не сбежал! – в несколько глотков добив бутылку пива, Лысый снова громко рыгнул и швырнув тару мимо урны, трусцой убежал к «пятерке».
Меня затрясло, пытаясь лихорадочно соображать как мне быть, я тряс ногой в нервном тике и смотрел на окна, где всё ещё мыла мама. Что я ей скажу? Что мы всё видели, что всё знаем? Что ей сейчас ёбаря приведут, а она должна отказаться? Блядь, это была вообще полная жопа! Мне казалось, что от переживаний сердце остановится, так меня трясло.
Я был почему-то уверен, что мать ему ДАСТ СЕБЯ ВЫЕБАТЬ.
Когда я увидел, что Лысый возвращается и ведёт с собой Мовсара, моя последняя надежда рухнула. Он наверняка уже разболтал азеру, что тут живет шлюха-давалка. Здоровенный Мовсар шагал торопливо, на ходу скидывая красную рабочую жилетку с эмблемой магазина. Они о чем-то переговаривались с Лысым на ходу, но я не слышал.
Моросил мерзкий дождь, кругом была слякоть – таким я запомнил тот жуткий день, когда всё это случилось.
— Где она живёт гаварищь? – уже услышал я, когда они подошли ближе. Лысый показал на мой подъезд и я не выдержал. Вскочил с места и рванул к дому. Лысый бросился мне наперерез и подставил подножку, я полетел вперёд и грохнулся в стену дома, больно ударившись башкой.
«Мама не должна раздвинуть под ними ноги, ни за что! – кричал мой внутренний голос. Но я понимал, что она раздвинет. Что она сама предложит себя под проеб.»
— Второй этаж налево! – ответил Мовсару Лысый, стоя надо мной и тяжело дыша после забега. Я сел, потирая ушиб, и Лысый врезал мне подзатыльник. – Куда ты ломанулся, сука?! Лох тупой! – пьяно прорычал он, обдав меня запахом бухла. – По ебалу хочешь?! – гопарь завелся не на шутку и я побоялся спорить.
На глаза навернулись слёзы обиды и я шмыгая носом встал с земли. Ничего не отвечая, взошел по лестнице вслед за Мовсаром, за нами поднялись и Лысый с кочаном. Пацаны поднялись на этаж выше, хихикая и собираясь подслушать разговор азера с мамой. Меня они заставили подняться и спрятаться тоже.
Ни капли не стесняясь и не сомневаясь, Мовсар нажал на звонок у двери нашей квартиры. Послышались шаги и через полминуты ему открыла потная от уборки мама. Через перила сверху я видел её растерянный, а потом и оценивающий взгляд. Мовсара все вокруг знали и мама тоже, но его
Неожиданность