со мной. Также они должны согласиться позволять мне общаться с девочками наедине в течение десяти минут каждый год, пока им не исполнится восемнадцать. Если они не согласны со всеми этими положениями или если они сделают какие-либо комментарии, ставящие под сомнение мою мотивацию встречаться с девочками, мы подадим в суд.
— Я не знаю, о чем вы думаете, но ладно. Вы босс! - усмехнулся он.
Мой адвокат перезвонил мне через два часа. - Они согласились на это и предложили дату встречи.
Как только я подтвердил дату встречи, я позвонил Брэду на мобильный телефон.
— Брэд, это Алан Истон. Ты сказал, что я могу позвонить тебе на сотовый. Надеюсь, я тебя не побеспокоил.
— Алан, я в двойном долгу перед тобой, так что даже если бы ты беспокоил меня, а это не так, я бы хотел поговорить с тобой. Кстати, у моей внучки был самый полезный опыт в ее жизни на церемонии, и она была очень впечатлена слезами на твоих глазах, неженка.
— Спасибо, Брэд, она просто прелесть! – рассмеялся я. Я объяснил Брэду, что я хочу сделать на встрече с девочками Джанет. Для этого Брэду нужно было перечислить мне 400 000 долларов, которые я верну, как только получу платеж от Джанет.
— Ух ты. Ты лучший человек, чем я думал, а я уже был высокого мнения о тебе, - искренне ответил Брэд. - Конечно, я сделаю это. Мой помощник переведет деньги твоему доверенному адвокату. Пусть он оформит документы.
— Спасибо, Брэд. Мы квиты, - сказал я.
— Это даже не считается одним из двух, которые я тебе должен, и тебе лучше вернуть их оба, или мне придется сделать что-то, что поставит тебя в неловкое положение, - усмехнулся он.
Джанет и Кевин Дженкинс с тревогой наблюдали, как ее адвокат сопровождал двух ее дочерей, Элизабет и Джейми Дженкинс, девяти и семи лет, в пустую комнату для присяжных в здании суда.
Я тепло улыбнулся, когда девушки вошли, пожал им руки, проделал волшебный трюк, который я практиковал в течение недели, чтобы успокоить их, а затем рассказал им, почему я хотел с ними встретиться.
— Я хотел сказать вам двоим, прямо в лицо, что я так горжусь тем, что был в состоянии помочь вам с этими похитителями. Я знаю, что вы слышали, как я сказал вашей матери что-то неправдивое, и я хотел все исправить, - сказал я, садясь и держа каждую из них за руку своей.
— Ты не это имел в виду, когда сказал, что не спас бы нас, если бы знал, кто наша мама? - Спросила Элизабет с легкой улыбкой.
— Нет, нет, нет. Я не это имел в виду. Вы двое драгоценных, замечательных детей, и кем бы ни были ваши родители, я был бы горд помочь вам в любое время. Однако мне действительно не нравится ваша мама за то, что она сделала со мной в прошлом, и я сказал то, что сказал, просто чтобы причинить ей боль за то, как она причинила мне боль в прошлом. Но я бы отдал свою жизнь, чтобы спасти вас двоих.
— Почему тебе не нравится наша мама? - Спросила Элизабет, откидывая назад свои красивые светло-рыжие волосы, закрывавшие один из ее сверкающих голубых глаз.
— Это не то, из-за чего мне нужно вас беспокоить. Вам просто нужно знать, что это не имеет никакого отношения ни к кому из вас, - ответил я как можно теплее.
После этого разговор потек легко. Время летело, и пятнадцать минут истекли, поэтому я попросил адвоката Джанет дать мне еще пять
Гарри Поттер и его шалости