веди себя спокойно. Не заставляй нас делать то, о чем мы все будем сожалеть.
Войдя в дом, я обнаружил, что двое мужчин, которые затащили Кэтрин внутрь, уже раздели ее догола. Она стояла посреди гостиной, в то время как один из них играл с ее огромными, налитыми молоком сиськами, а другой держал наготове нож на случай, если я что-нибудь предприму. Видит бог, мне хотелось разнести их в пух и прах. Я мог бы нанести какой-нибудь урон, но в глубине души я понимал, что не справлюсь с пятью мужчинами, некоторые из которых были вооружены ножами. Я не справлялся со своими обязанностями мужа и отца, но я ничего не мог поделать, не за счет того, что, возможно, пострадают Кэтрин и ребенок.
Кэтрин была странно спокойна, стоя и позволяя латиноамериканцу лапать ее. Она посмотрела на меня и, должно быть, поняла, о чем я думаю, потому что сказала: - Я не собираюсь сопротивляться, Харв. Я сделаю все, что они захотят, если это обезопасит моего ребенка. - Тот, кого звали Рамон, рассмеялся и сказал: - Эй, чувак, слышал это? Чего бы мы ни хотели. Я планировал только минет, но я никогда раньше не трахал беременную англичанку, и это может быть извращением.
— Заткнись, Рамон и привяжи его к этому стулу.
Три пары рук усадили меня на стул с прямой спинкой, который кто-то принес из столовой, и надежно привязали к нему, а тот, кто, по-видимому, был главарем, снял штаны и сел на диван. Его эрекция возвышалась над коленями, и он сказал: - Ладно, мамочка, иди сюда и дай мне немного того, что ты давала своему муженьку.
Кэтрин посмотрела на его член, потом перевела взгляд на меня и сказала: - Я не могу. Только не при нем.
— Почему нет? Он может быть одним из тех чудаков, которые заводятся, наблюдая за своей женой.
— Пожалуйста, не при нем.
— Где спальня?
Кэтрин указала на коридор, который вел в заднюю часть дома, и мужчина сказал: - Хорошо, мамочка, мы сделаем по-твоему. Возьми меня за член и отведи в свою спальню. - Кэтрин бросила на меня последний взгляд, и я увидел смирение в ее глазах. Она повернулась обратно к мужчине, взяла его за член и повела его по коридору.
Я ничего этого не видел, но я слышал. Я сидел привязанный к этому проклятому стулу, и слезы текли по моим щекам. Мне было стыдно за то, что я не смог защитить свою семью, и я слушал, как они медленно, но верно превращали Кэтрин в свою добровольную шлюху. Все началось со звуков, издаваемых пятью мужчинами, которые были в комнате с Кэтрин.
— Вот так, мамочка. Сделай мне глубокий минет. Эй, чуваки, у нее горячий ротик.
— Эй, чувак, она глотает. Мне даже не пришлось ей говорить, она просто сделала это.
— Поторопись, Хуан. Я хочу засунуть свой член ей в рот.
— Что ты делаешь, Луис?
— Я посмотрю, смогу ли я высосать немного молока из этих сисек.
— Ты больной, чувак.
А потом послышались стоны, и я понял, что происходит. У Кэт очень чувствительные соски, и кто-то, вероятно Луис, поработал над ними.
— Поиграй с моими яйцами, мамочка. Вот так, детка. У тебя есть талант. Поработай своим ртом, мамочка. Вот так, милая, вот так. Я кончаю.
— Ладно, сучка, моя очередь. Сделай глубокий минет, если сможешь.
Снова стоны, а затем приглушенный крик. - Чувак, ты это слышал? Я заставил ее кончить, просто пососав ее сиськи.
— У нас отличная киска, Мигель. Я хочу большего, чем просто минет.
О даме в шубе