на слове, что ты любишь меня. Я не знаю, как это вообще возможно из-за трёх лет обмана, но я приму твоё «я люблю тебя». Я практически гарантирую, что к тому времени, когда мы разведёмся, ты возненавидишь меня до глубины души. Самое смешное, что всё, за что ты меня будешь ненавидеть, уже произошло. Ты просто ещё не знаешь об этом!
— Ты никогда не сможешь настроить наших детей против меня! — закричала Марта.
— Успокойся. Я бы никогда не стал пытаться настроить детей против тебя. На самом деле, я даже ещё не разговаривал с нашими детьми. Я хочу позвонить им на выходных. И родителям и всем братьям и сестрам. Я собираюсь рассказать им, что подал на развод из-за твоего длительного романа... Я скажу детям и своей семье, что хочу, чтобы они отнеслись к тебе с уважением, и надеюсь, что они продолжат свои взаимоотношения с тобой... Но это полностью зависит от них самих. Если же кто-то не поверит в глубину твоего предательства, я предложу ознакомиться с отчётом детектива. Я подозреваю, что ты не захочешь, чтобы они его увидели, поэтому можешь просто подтвердить свою измену.
Марта ненавидела проигрывать. Она начала понимать, что с каждым моим словесным залпом всё сильно отстаёт и теряет всё больше позиций. Однако вместо того, чтобы отступить, она взорвалась.
— Я собираюсь отнять у тебя твою грёбаную компанию!
Вот теперь начиналась первая, «материальная» половина моего плана по уничтожению Марты. Она ожидала, что угроза для моей фирмы будет её «тузом в рукаве», но вместо этого я направил её атаку на неё саму.
— Моя компания? Что это за компания такая?
Она посмотрела на меня так, как будто у меня выросло две головы, и усмехнулась:
— «Точное машиностроение»! Я заберу её себе!
Моя ухмылка длилась какое-то время. На самом деле, она закричала, прежде чем я ответил:
— Что?... Что ты лыбишься?
Я заговорил самым снисходительным голосом, на который был способен:
— Милая, разве ты не помнишь? Два года назад мы продали эту компанию шведам!
— Что?! Это незаконно. Это, блядь, незаконно, и я получу твою задницу! Компания является семейным активом, и я не соглашалась на продажу.
— Я не говорил, что ты согласилась на продажу. Тем не менее, ты дала мне расширенную доверенность на всё, что связано с компанией. Вообще-то, документ мне выдала твоя фирма. Я использовал доверенность, чтобы совершить продажу и вложить деньги в зарубежные счета. Каждый год ты лично подписывала наши семейные налоговые документы, в которых четко прописана эта продажа и движение денег. И удачи тебе в поиске этих денег по прошествии двух лет.
Марта была контужена. Она сидела там, её рот двигался, как у рыбы, пускающей пузыри.
Я встал, вышел из комнаты и поднялся наверх в комнату для гостей. Заперев дверь, я разделся до трусов, сел на край кровати и, наконец, заплакал.
***
На следующее утро в три часа прозвенел будильник. Я встал с постели, принял душ и отправился в аэропорт, чтобы улететь во Флориду. Готовясь к холостяцкой жизни, я купил квартиру на пляже Клируотер, через залив от Тампы.
***
В тот роковой вечер я потряс Марту. Как я и ожидал, Марте и её команде юристов потребовалось несколько недель на изучение юридических документов и финансовых отчетов, прежде чем они поняли, что около тридцати четырёх миллионов долларов от продажи компании больше не попадали под юрисдикцию банка США и, следовательно, не будут участвовать в урегулировании бракоразводного процесса. Да! Это был настоящий шок для неё.
Если судить по семейным традициям на протяжении всей нашей супружеской жизни, то «религиозно-духовная» половина моего плана должна была
муж и жена + сатана часть 2 муж