Одна из четвёрки стоит неподвижно. Приглядевшись - "ночному зрению" мешают сполохи огня - вижу, что животное, комично отвесив губу, спит. Кажется, лошади и так умеют. Тут же вспоминаю, как полусонная Аня брела из пещеры умываться.
Над лесом выкатилась луна, цепляясь за ветви сосен. Я подбрасываю пару коряг в огонь, вышибая хоровод искр. И мгновенно гаснущие точки - словно приветствие ночному светилу.
Лани и Джуди спят в повозке в обнимку. Анечка по другую сторону от меня лежит на пушистой куче елового лапника. Её большое тело нам нигде не уместить, но девушка словно не замечает неудобств.
Где-то в недалеко лесу, в темноте, надрываются сверчки, оглашая окрестности громким звенящим стрекотом. Наверное, подружек зовут...
Так странно: в нескольких днях пути стоит большой, развитый город, полный людей, а мы сидим у костра, словно переселенцы, что прибыли в край, не знавший человека.
То тут то там слышны потрескивания и скрипы, но лошади только поводят ушами, не поднимая голов, а значит всё в порядке. Да и я не слышу ничего необычного. Правда совсем недавно недалеко с характерным звуком протопал макорша, но на него даже сверчки не обратили внимания.
От безделья шевелю прутиком в углях, пробуя из раскалённых кусочков древесины выложить букву... как внезапно со стороны пасущихся лошадей, из темноты леса, доносятся тяжёлые мерные удары о землю! Блеснув отражённым светом костра, во тьме "мигают" два громадных зелёных зрачка.
Что то большое мчится на нас, с громким треском сминая сухостой и подлесок!
— Всем - подъём!! - вскочив, ору во всё горло. Хуй знает что там за тварь, но она просто громадная, судя по тяжкому топоту! - Живо!!
В повозке слышно копошение, Анька тоже встрепенулась, силясь понять что происходит.
Лошади вскидывают испуганные морды и в этот момент... в круг света из темноты вламывается оживший ночной кошмар!
Тварь в холке - ростом практически с лошадь. С ходу, без рыка, вгрызается одному из животных в шею, почти перекусывая её в один миг. Умирающая жертва в чудовищной пасти, полной длинных словно ножи клыков, громко сипит из разодранного горла, булькая кровью, и бьётся в агонии.
Я ощущаю, как по спине до самой жопы пробегает волна мороза - инфернально злобные, немигающие "буркалы" твари уставились на меня!
Хватаю в руки копье. Анька уже на ногах, а из повозки скатывается Ланисет.
- Что случи... А-а-а!! Ёб вашу мать!!! Почему здесь бирал? - девушка-орк мгновенно бледнеет.
Что делать? Бежать? Но это чудище перережет всех лошадей. Да и похуй! Извините, лошадки, но сегодня не ваша ночь.
- Аня, бери Джуди на спину, лук в зуб и бегом отсюда! Если что - бей по глазам! - целюсь жалом копья в ночную тварь. - Мы - следом!
Бирал, выдрав громадный клок мяса из бока жертвы, что ещё жива, переступает через агонизирующую тушу!
- Пошёл нахуй, тварь, не подходи, жри лошадь!
Мамочки, какая же жуткая образина!
- Марика, он нас не отпустит! - кричит Ланисет, отскакивая вправо с топором в руках. - Зайди слева. Он только по прямой быстрый...
- Поняла! Анька, как скажу - прострели ему глаза! - отбегаю в сторону.
Джуди уже крепко "вкогтилась" в спину таврисы, распушив от страха хвост. А у Аньки как на зло, от испуга началась эрекция. Если придётся бежать, то это ну совсем не вовремя.
Чудище, разинув громадную, словно комод, пасть, громким, сиплым рёвом извещает, кто тут охотник, а кто - добыча. Толстые вожжи слюней тянутся с мясистых губ бирала. Тварь делает рывок в мою сторону, но без разгона он действительно неповоротлив. Просто отпрыгнув, я с ужасом вижу, как когтистая лапа взрывает мох, оставляя глубокую борозду в
Большой животик