Было тупо, но я так и не придумал ни одной фразы, чтобы объяснить для чего я здесь стою. Не мог объяснить даже себе, что уж говорить про презрительно улыбающегося бородача.
— Вообще ёбнутый? Нахера она тебе? Выкинь!
— Да я так и хотел, - сказал я, торопливо спускаясь со стула и подбирая склизкую массу с пола.
Посмотрел на лицо Ислама и понял, что он мне ни капли не верит. К презрению в его взгляде добавилось ещё и отвращение. Позади появилась ещё одна фигура. Подошел Николай:
— Чего вы тут?
— Да, бля, зашел сюда, а этот стоит и мою кончину то ли лижет, то ли нюхает и тащится.
— Да я ж тебе говорил, что он пидарок. Ему в кайф, такое. Слышь, а вы получается специально с женой в клуб ходите? Она мужиков списывает, чтобы они вас обоих ебли, да?
— Неет! – возмутился я, - Ни разу такого не было! Никого мы не списывали. Алла просто танцевать любит.
— Хули ты пиздишь? Ни разу не было! Мы её вдвоём продолбили, а ей всё мало. Побежала к Илюхе догоняться. Видно же по ней, что блядина ещё та.
— Нет! Алла не такая. Она вообще ни разу..., - начал я, но Николай меня перебил:
— Да-да! Она тоже про тебя чесала, что ты обидишься, если увидишь, как мы её лапаем. А ты вон от кончины Лысого прёшься. Чё, реально с жены собрал, чтобы тут заныкаться и сожрать?
— Да я вообще её выкинуть хотел.
— И чего не выкинул? – они оба заржали, заглушая громкие вскрики Аллы из-за стены.
Я понимал, что они не поверят мне, даже если я опишу каждый свой шаг, поэтому угрюмо промолчал.
— Да ладно! Я ж тебе не мамка, чтобы воспитывать. Твоя жизнь, хуле! – примирительно сказал Николай.
— Ага! По разику прогоним ещё тёлку твою и на боковую, - широко заулыбался Ислам, - А тебе если нравится, ты попроси. Мне кончины не жалко.... Только ты это... за столом с нами больше не сиди. Одно дело по несознанке, а теперь уже не канает... западло. Лады?
Снова стало очень стыдно. Мало того, что зэки думают, как будто мне нравится, когда мою супругу трахают другие мужики, тут теперь ещё и геем меня считают. Но делать было нечего. Пришлось подтвердить, что не собираюсь садиться с ними за стол. Впрочем, они за стол и сами не собирались.
Мы все вместе покинули кухню. Жалобные крики Аллы, которую продолжал долбить Илья, стали тише, но окончательно не исчезли. Как бы не пришлось объясняться с соседями. Всё же глубокая ночь уже. Из зала мужики попросили показать спальное место, и я провёл их в соседнюю комнату.
— Нехилый траходромчик, - прокомментировал нашу большую супружескую кровать Николай.
— Ага. Голубенькое такое всё. Сам бельё выбирал? – снова обидно заржал азер.
Впрочем, моего ответа они не ждали, принявшись рассуждать, поместятся они здесь вчетвером или нет.
— Да ладно, Алка всё равно на хуях плясать будет. Она же танцовщица. А мы поместимся, - поставил точку Ислам.
То, что мое присутствие здесь не планируется подразумевалось изначально. Впрочем, этому я был даже рад. Не хотелось бы, чтобы меня ещё и при жене унижали.
Странная всё-таки вещь – человеческая психика. Каких-то несколько часов назад я переживал, что позволяю мужчинам притрагиваться к супруге во время танца. А сейчас практически спокойно отношусь к тому, что её собираются трахать на нашей супружеской постели. Интересно, а сама Алла что думает о происходящем?
Долго раздумывать мне не дали. Проём двери загородила фигура великана Ильи. На
Вечер с сестрой.