прав, и я на самом деле голубой? Но нет ведь! Я никогда не чувствовал никакой тяги к людям своего пола. Может быть не совсем нормально, что я не испытывал особой ревности, когда мужчины клеились к моей Аллочке, но это скорее признак доверия к ней, а не показатель того, что она меня не возбуждает. Возбуждает, и ещё как! Даже сейчас я чувствовал, как член упирается в тесные джинсы, стоило мне оказаться рядом со своей женой. Или... снова накатил липкий страх... а вдруг это из-за того, что я чувствую запах чужой спермы?
Я сдвинул плед, открывая щёлку супруги. Да, именно оттуда пахнуло тем самым резким запахом, который я почувствовал вначале. Чтобы удостовериться я сдвинул голову ещё ниже и глубоко вдохнул. С радостью понял, что не чувствую ничего приятного в запахе мужской спермы. Даже сдвинул вторую ногу любимой. Теперь щёлка окончательно раскрылась, показывая, что Илья тоже не стал церемониться и слил моей супруге прямо во влагалище. Ручеёк между её красных, набрякших губок потёк вниз. На одеяле, где лежала Алла появилось влажное пятно. Может подстелить что-нибудь? Или вытереть?
Рванулся с кровати. В шифоньере были маленькие полотенчики. Взял одно и быстро вернулся к жене, пока вытекающая сперма не испортила всё одеяло. Пришлось приподнять таз супруги, чтобы разместить полотенце под ним. Алла так и не проснулась, а вот её ноги теперь окончательно раскрылись. Ручей из женской влаги и спермы стал ещё больше и потёк на ткань. То, что мне казалось набрякшими возбуждёнными половыми губами теперь превратилось в измочаленную, потрёпанную дыру с неровными краями. Я замер, разглядывая во что превратил член Ильи аккуратную щёлку моей любимой. Именно в этот момент, когда я сидел между разведённых ног жены, и, практически уткнувшись носом, разглядывал её и думал не нужно ли намазать какой-нибудь заживляющей мазью, позади раздался голос азера:
— Илюха, смотри! Я ж тебе говорил!
Я только и успел обернуться. В дверях стоял Ислам, а позади него почти сразу появился Илья.
— Захожу, а он у неё между ног твою кончину вылизывает, - продолжал Ислам.
— Ничего я не вылизывал, - сказал я.
Мне казалось, что любой здравомыслящий человек поймёт, что азербайджанец врёт. Когда человек занимается кунилингусом, то и губы, и нос блестят от влаги. С моей обильно текущей Аллочкой, так и вовсе пол лица залито, бывало. Моё же лицо сейчас было абсолютно сухим. Однако мужики меня и не собирались слушать:
— Даа, странный тип, - протянул Илья, - А я думал ты гонишь.
— Да вам ли не похуй? – раздался из соседней комнаты голос Николая, - Алка-то заебатая. А этот пускай хоть сосёт, хоть лижет. Или ты, Лысый, на него тоже глаз положил?
Раздался громкий смех.
— Нахер надо! – ответил Ислам обиженно, - Просто не привык я к такому. Голубки должны с голубками жить, а этот вон какую бабу отхватил.
— Чё, Владян, хочешь попробовать? Были у тебя хачи раньше? – не унимался Николай.
— Нет, - односложно ответил я, и это было ошибкой.
— Вот видишь, - сквозь смех продолжал Колян, - Не пробовал он хачей. Да и ты походу больше по жопам тащишься.
— Ответишь за базар? – разозлился Ислам, - С хера ли по жопам? Я нормальный!
— Ну мы с Илюхой Аллу куда-надо оприходовали, а ты сразу в жопу полез. Вот я и подумал.
— Бля, Колян, ты гонишь! Разливай лучше. Базаришь, не думая!
Так переругиваясь и посмеиваясь, мужики снова расселись за столом. Я, чтобы не стать предметом их насмешек остался рядом с женой. Улёгся рядом и поглаживал её слегка
Мой Сережа