не была груба. И когда, улегшись на диван, мы вновь принялись целоваться, она это делала нежно и одновременно страстно. Ни мне не мешал её язычок, ни она не пыталась своим заполнить весь мой рот. Потом она долго целовала сою грудь и соски, живот и пупок, и добравшись до члена, медленно и приятно сосала его. Возможно, Карина делала это профессиональнее, но Татьяна Сергеевна – с любовью.
И поэтому мои ласки были взаимными. Долго водил я пальцами и языком по её мягким и рыхлым грудям, пока они не стали плотными. Я даже, переборов какой-то страх, решился сделать ей куни. Она, правда, попробовала сдвинуть ноги, но я пересилил и, уткнувшись в волосатую вагину, долго вылизывал небольшой клитор. Татьяна Сергеевна часто дышала и стонала, а я всё сильнее тёр и тёр её язычком.
— Иди ко мне! – прошептала она громко.
Я надел презерватив и вошёл в неё – гладко, без сучка и задоринки. Она запрокинула голову, открыла рот и часто задышала. Я начал трахать её, полизывая и покусывая крупные соски, а указательный палец сунул в её рот. Она, не открывая глаз, стала его лизать языком, но не сосала, как это делала Карина.
Мне было безумно приятно гладить это женщину по заднице. Пусть та была великовата, но зато мягкая и упругая. Это была не жопа Яны, об которую можно было расшибиться. И поэтому я держал Татьяну за пятую точку и когда имел её сверху, и когда она на мне скакала.
Кончив раз, мы, не раздеваясь, прошли на кухню, где молча пили чай. Я видел, что моей новой тётке надо было прийти в себя и осознать невероятное – она переспала с мужчиной, который ей в сыновья годится. Но долго думать я ей не дал. Допив, я подошёл к ней сзади и стал мять её груди, которые всё ещё были твёрже, чем когда я пощупал их в первый раз.
— Хочешь повторить?
— О, да!
И она прямо тут, на кухне, встала на колени, и начла сосать. Я был в полном восторге от такой покорности, какой не видел ни от Карины, ни, тем более, от Яны. Я поднял лицо Татьяны за подбородок.
— Можно, я буду называть тебя Таней?
— Конечно. Не по имени с отчеством же теперь тебе ко мне обращаться. Не те отношения всё-таки.
Я про себя усмехнулся. А вслух сказал:
— Ты даже не представляешь, насколько ты прекрасна и сексуальна!
Она просияла:
— Ты так считаешь?
— О, да!
Мы вместе пошли в комнату, но она, взяв меня за руку, повела не в спальню, а в зал, где был диван. Усадив меня на него, и надев презерватив, она села на мой член со словами:
— Мне так гораздо лучше чувствуется.
И она стала прыгать, теребя свой клитор руками. Я тем временем гладил и тискал её сосочки, которые стали ещё твёрже, и мы бесконечно целовались. В один прекрасный момент я, поглаживая это тело, заметил, что её эрогенная зона – спина и плечи. Тогда я начал слегка поцарапывать эти места, а зубами чуть-чуть покусывать соски. Татьяна глубоко задышала, потом застонала, словно собиралась заплакать, и кончила.
Я же был ещё во всеоружии, и не знал, что мне делать, но она, поцеловав меня прямо в губы, обхватила руками и повалилась на спину. Я, не успев вытащить член из её влагалища, оказался сверху. Она мне улыбнулась, и я продолжил иметь эту женщину в классической позе, но теперь уже она царапала мне спину и плечи. Было безумно приятно, и оргазм оказался гораздо сильнее, чем обычно во время второго
Все счастливы, счастливы. Глава 1. Когда называют Наночкой