что один из моей бывшей команды, который удивительно похож на меня, находится в Нью-Йорке. Сегодня днём он прилетит обратно, и мы с ним переоденемся в туалете аэропорта. Потом я поймаю такси и всю дорогу буду болтать с таксистом. Я попрошу его помочь мне донести сумки, а когда мы войдём в дом, то обнаружим следы одежды, которые вы оба оставили, возвращаясь в спальню. Там мы оба найдем тебя... обнажённой... полупарализованной... напуганной до смерти и испытывающей сильную нарастающую боль. Мы, конечно, позвоним в 911 и доставим вас в больницу. Я буду растерянным мужем-жертвой, у которого железное алиби.
— Со временем они поймут, что Грегги подхватил болезнь во время своей поездки на юг и передал её своей шлюхе, как только вернулся. Ваши семьи будут опозорены вашим публичным поступком, и ваша память будет запятнана, а кто-то скажет, что вы получили по заслугам.
— Как давно ты знаешь? – всхлипнула Джессика.
— С тех пор, как вы впервые встретились здесь, в моём доме на нашей кровати, ты, кусок неуважительного мусора. Из-за моей прежней профессии я держу дом под наблюдением. Я должен следить за вражескими агентами, жаждущими возмездия, — ради моей и твоей безопасности. После того, как Грегги пришёл к нам в первый раз, мне пришлось установить камеру в нашей спальне, чтобы записывать ваши "игры" друг с другом. Ирония в том, что устройство, которое я установил для нашей безопасности, привело к твоей смерти, не так ли?
— Зачем тебе понадобилось убивать нас, придурок? Чёрт возьми, я был твоим лучшим другом.
— Повторяю, Грегги, будучи таким подонком, ты погубил себя сам. Проститутка не особо соблазняла тебя, просто пофлиртовала. Оказалось, что всё, что ей нужно было сделать, это сказать "привет", а ты сделал всё остальное. Так что, если бы ты хотя бы несколько часов был верен моей жене-шлюхе, ты был бы жив. Кроме того, я вас обоих неоднократно предупреждал, что я ценю верность превыше всего, сказав, что если меня предадут, "кто—то умрёт".
— На всякий случай, если моя любящая жена забыла, что я сказал ей в то утро, когда уходил, у меня есть запись, чтобы напомнить вам. Позволь мне воспроизвести это.
Майк пару раз щелкнул по экрану компьютера, и экран снова ожил, показывая нашу кухню такой, какой она была в то утро, когда он уехал в Нью-Йорк, в то утро, когда Грег вернулся из Южной Америки... в то утро, когда я заразилась с этим смертельным вирусом.
Чемодан Майка стоял на полу, когда он в последний раз с любовью обратился ко мне:
« - Джессика, ты же знаешь, что я люблю тебя больше всего на свете, не так ли?
— Конечно, я люблю тебя, милый. Я тоже люблю тебя.
— И ты знаешь, что я ценю доверие и верность превыше всего, не так ли?
— Я помню, ты говорил мне об этом много раз, - с любовью ответила я.
— Итак, ты понимаешь, что если ты когда-нибудь изменишь мне, ты знаешь, что я в этом случае всегда говорю...
— Да, детка, "кто-то умрёт". Тебе не кажется, что это немного чересчур?
— Полное доверие - это тот фундамент, на котором построена моя жизнь. От такой веры невозможно отказаться. Вот что я тебе скажу, прямо сейчас: если есть что—то - я действительно имею в виду что угодно - что ты когда-либо сделала, и ты знаешь, что я бы разозлился, если бы узнал, скажи мне прямо сейчас, и я прощу тебя. Я прощу тебе всё, что ты могла натворить, но только если ты признаешься в течение следующих
Подглядел за сестрой