"Подожди секунду." Он остановился, его рука замерла на моём бедре, глаза — тёмные, тревожные — смотрели в мои. Я вдохнула глубже, чувствуя запах его одеколона, и кивнула: "Давай дальше."
Он снова двинулся, медленно, его пальцы мягко гладили меня, раздвигая кожу, находя то место, где пульс бил сильнее всего. Я сжала диван, ногти впились в ткань, и почувствовала, как его указательный палец скользит внутрь — тёплый, чуть шершавый, — а я задрожала, ощущая лёгкое давление, что сменилось теплом. "Ты такая мягкая, " — шепнул он, и его дыхание обожгло мне ухо. Я расслабилась, отдаваясь этому — его теплу, его осторожным движениям, его близости, что накрывала меня, как волна.
Он отстранился на миг, стянул джинсы, и я увидела его — твёрдого, напряжённого, прижимающегося к ткани боксеров. Мой живот сжался, страх смешивался с любопытством, но он лёг рядом, притянул меня к себе, и его грудь упёрлась в мою, тёплая и чуть влажная от пота. Его рука скользнула под мою спину, расстегнула лифчик одним движением, отбросил его, открывая грудь — соски затвердели от воздуха и его взгляда. Он коснулся их губами, мягко, но жадно, и я выгнулась, чувствуя, как ток бежит от груди к низу живота. "Ты красивая, " — пробормотал он, и его язык прошёлся по коже, оставляя горячий след.
Я потянула его ближе, мои пальцы запутались в его волосах, и он прижался ко мне всем телом — его бёдра упёрлись в мои, твёрдость его члена прижалась к моему животу через ткань. Он стянул мои трусики, медленно, и я почувствовала холод воздуха, а потом его тепло, когда он лёг сверху. "Скажи, если что, " — шепнул он, и я кивнула, чувствуя, как его колено раздвигает мои ноги шире. Его пальцы снова нашли мою киску, раздвинули, проверили, и я была мокрой — так сильно, что слышала лёгкий звук, когда он двигался. Он взял свой член в руку, направил, и я почувствовала его — горячий, твёрдый — у входа.
Первый толчок был медленным, осторожным — он вошёл чуть-чуть, и я напряглась, ощутив укол, резкий, но быстрый, как игла. "Больно?" — спросил он, замерев, и я покачала головой, хотя глаза защипало. Я сжала его плечи, ногти впились в кожу, и он двинулся дальше — глубже, растягивая меня изнутри. Жар сменил боль, я чувствовала его целиком — твёрдого, пульсирующего, — и мои бёдра дрогнули, подстраиваясь под него. Второй толчок был увереннее — он вошёл до конца, прижавшись ко мне так, что его лоб упёрся в мой, а дыхание смешалось с моим. "Ты такая тёплая, " — выдохнул он, и я застонала, тихо, кусая губу, чтобы не закричать.
Он двигался — медленно, потом быстрее, — и я чувствовала каждый его рывок: как он заполняет меня, как трётся внутри, как его бёдра бьются о мои, оставляя лёгкий шлепок. Мои ноги обвились вокруг него, пятки упёрлись в его спину, и я тянула его ближе, глубже, чувствуя, как жар растёт, сжимает меня изнутри. "Это он, " — думала я, закрывая глаза, — "мой первый, и я хочу, чтобы он был последним." Его рука сжала моё бедро, пальцы впились в кожу, и он ускорился — третий толчок, четвёртый, пятый, — каждый сильнее, каждый глубже, пока я не задрожала под ним, чувствуя, как всё во мне сжимается, готовое лопнуть. "Я с тобой, " — шепнул он, и его голос сорвался, когда он прижался сильнее, задрожав вместе со мной.
Потом он рухнул на меня, тяжело дыша, его грудь прилипла к
Служебный долг.