— Пользуйся, глупая. Когда тебя еще мужские руки коснутся?
— Да-а, уж. — Мама вздохнула. — Ой, давай не будем о грустном.
Я прикрыл дверь. Обычный разговор. Женщины о мужиках, мужики о женщинах. Слушать про всякие эротические похождения конечно интересно, но не про мамины же.
Когда Марина Александровна засобиралась домой, мама попросила меня, ее проводить. Мол, на улице темно и шастают всякие. И не побоялась же отпустить после таких приключений на мою голову. Но при этом она как-то странно на меня смотрела. Не иначе, будет разговор.
Я думаю, все понимали, что с дырой в спине защитник из меня никакой, значит и у Марины Александровны тоже есть что сказать. Наедине.
— Я поговорила с твоей мамой, она, в принципе, не против нашего... э-э-э... свидания, — сказала Марина Александровна, когда мы вышли из подъезда. — Только можно с этим повременить? Очень много дел, извини.
Я стал подозревать, что они с мамой сговорились и попросту меня динамят. Но согласился. А куда мне деваться?
— Скажи, зачем это тебе?
Я молчал, обдумывая, как объяснить, чтобы она тут же меня не отшила. Решил все-таки сказать правду. Полуправду. Потому что признаваться в любви было ссыкотно. Да и, наверное, рано. Откуда я знаю, оно это или еще нет? Могу сказать только одно — таких чувств, какие я испытывал к ней, у меня еще никогда не было.
— Хочу узнать вас поближе, потому что никогда не встречал такую... вы особенная.
— Спасибо, получать комплименты всегда приятно. Но что потом? — спросила она, взяв меня под руку. — Для чего ты хочешь меня узнать?
Кажется, меня склоняли к откровенному разговору. Наверное, в мире взрослых все проще. Она знает, чего хочет, ты тоже. Главное суметь договориться и не бояться быть откровенным, но, если честно, я боюсь. Последний раз я так разговаривал... никогда. С Кристинкой этого не требовалось, все произошло само собой, без всякой философии. Может она ждала от меня признания и такого разговора? Не дождалась и бросила.
Мы пошли медленнее, как парочка влюбленных на прогулке.
— А что бывает потом?
Мой вопрос заставлял Марину Александровну саму сказать, то, чего я боялся произнести, но она тоже ушла от ответа.
— Если не потерян интерес, то после первого свидания назначается второе, третье. А дальше... по обстоятельствам.
Я понял, что она не хочет касаться этого вопроса. Наверное, потому что я для нее как сын. Кстати, о сыне. Я сменил тему, раз никто не хочет это обсуждать.
— Передайте Димке спасибо, за то, что помог. И это я должен вас благодарить, а не вы меня. За спасение. Жизнь против кошелька, — я усмехнулся, — всем понятно, что важнее. Если бы не вы...
— Ты совершил поступок. Хороший поступок. Мама тобой гордится.
Она остановилась, развернула меня к себе и обняла за шею.
— А вот об этом маме лучше не говорить...
Ей пришлось надавить мне на затылок, чтобы я, наконец, сообразил, чего от меня хотят, и опустил голову. Марина Александровна прикрыла глаза и потянулась ко мне губами. От нее так сладко пахло духами, а губы были такими мягкими и нежными, что от поцелуя у меня закружилась голова.
***
— Поди-ка сюда, сын.
Мама так говорит, когда я сделаю что-то не то. Она выключила телевизор и похлопала по дивану, приглашая сесть рядом. Я сел и мама меня обняла. Значит, разговор будет по душам.
— Ответь мне, только честно. У тебя было уже с девочкой?
Вот так вопрос, прямо в лоб.
— Ну, м-а-ам... — попытался я увильнуть, но она держала меня крепко и не моргая смотрела в глаза.
мой первый гомо опыт