в хрипящее горло школьницы. – Ты должна стать для мужчины кем угодно, лишь бы он доволен. Даже если тебе придется стать живым туалетом.
Денис снова снял горло девочки со стояка и она натужно закашлялась, хватая воздух ртом.
Немного отдышавшись, Лиза снова посмотрела на Слона.
— Туалетом? – тяжело дыша, спросила девочка, глядя предано как собака. – Но зачем, дядя Денис? – искренне спросила она. – А любовь и нежность, как в кино?
— Только так ты поймешь себя и своё место в жизни, - глядя в ответ, отозвался Слон. – Ты станешь настоящей, только приняв свою роль «вещи». Ты ведь хочешь брать от жизни всё?
— Хочу, - уверено кивнула Лиза, вытирая губы от густой слюны. – Покажите, как делать приятно и как получать удовольствие. Я готова, – Лиза с готовностью открыла рот, встала на колени и покорно посмотрела на Слона. Белые ладошки она сложила на свои бедра, а голову запрокинула.
— Умница... - снова настойчиво вводя член в шею школьницы, кивнул Денис. – Вдохни поглубже...
Лиза вдохнула так глубоко, что её округлые груди в бюстгальтере высоко приподнялись, выпирая над чашами двумя округлостями юной плоти.
Синицкая видела, как горло подруги опять заполнил толстый, кожаный шланг, с тяжелым набалдашником на конце. Хуй Дениса входил в её шею как в кожаный чехол, будто это было не горло, а влажные ножны для него.
— Глотай... – коротко приказал Соломатин, тоном не терпящим возражений. – Привыкай. Потом ещё спасибо скажешь.
«Спасибо, дядя Денис» - хотела бы ответить девочка, но горло и рот забитые членом позволяли только хрипеть в ответ.
Вальяжно расслабившись и запрокинув голову так, словно испражняется на заднем дворе, Слон пустил струю мочи в пищевод Лизы.
Криминальный авторитет мочился спокойно и непринужденно, ощущая, как по яйцам стекает слюна хрипящей на члене школьницы. После пяти стаканов вина, он накопил достаточно жидкости и теперь устало вздыхал, чувствуя, как золотистый поток его облегчения стекает в желудок Лизы.
Пристально наблюдая за происходящим, порядочная и целеустремленная в жизни Алёна, постепенно впадала в абсолютный неадекват. Синицкой безумно хотелось оказаться на месте подруги.
Груди ныли, промежность стягивало спазмами, в животе горел пожар, а соски требовали языка или прикосновений рук.
— Ты как? – усмехнулся, мочившийся в горло Костиной Денис, глянув на Синицкую. – Тебя не смущает это? – он указал кивком на пьющую мочу Лизу. Девочка хлебала из последних сил, уже начиная задыхаться снова.
— Нет, не смущает, - отозвалась рыжая Алёнка, уже откровенно разминая пальцами свой лобок.
Вкус члена мерещился ей на языке, желание проникновения стало немыслимым. Синицкую никто не трогал и не трахал, но она уже умудрилась возбудиться до бешеного состояния и теперь была не в силах сдержать свои стоны.
Закачав около литра соленной мочи в горло побледневшей девчонки, Слон снял её шею со своего члена будто доставая стояк из чехла. Головка покинула горло и рот девочки, с громким чавкающим звуком, открывая Лизе доступ к кислороду.
Рухнув на четвереньки, Лиза закашлялась, пытаясь прийти в себя. Она истекала слюной, мочой и соплями, часто шмыгая носом и оглядываясь покрасневшими глазами.
— Ты, наверное, тоже хочешь? – даже не глядя на страдающую у его ног школьницу, Денис обратился к Алёне.
— Хочу, - коротко и уверено, тут же ответила Синицкая.
— А не боишься меня? – Слон с усмешкой кивнул на кашляющую Лизу.
— Не боюсь. Хочу также как они, - Алёна подняла руку и указала пальцем за спину Дениса.
Обернувшись, Соломатин на миг оторопел.
Платье было скомкано на роскошном теле хозяйки дома в районе
Чета Роуз