и вдруг она закричала, протяжно, почти по-звериному: — Даааа. Сукаааа! Ее оргазм был таким мощным, что она чуть не рухнула на кровать, но Алексей крепко держал ее за бедра, продолжая вгонять член с неумолимой силой. Сперма, смешанная с ее соками, текла по ее ногам, оставляя блестящие дорожки на коже и пятна на простыне.
Меня качнуло, и я вцепился в косяк, чтобы не упасть. Наташа открыла глаза, ее взгляд, затуманенный наслаждением, нашел меня в проеме.
— Ааа... Там... Кто-то смотрит! — выдохнула она, ее голос был слабым, прерывистым от стонов. Она выглядела одновременно смущенной и возбужденной, ее щеки пылали, а глаза блестели.
— Хуй с ним, пусть смотрит! — прорычал Алексей, его голос был хриплым, полным похоти. Он ускорил темп, его член вбивался в нее с такой силой, что хлюпающие звуки стали громче, почти оглушительными. — Смотри, Игорь, как твою жену трахают! Видишь, как ей нравится? Его слова были как пощечина, но я не мог отвести взгляд. Наташа снова застонала, ее тело содрогалось, и я понял, что она приближается к новому оргазму.
— Игорь... Умм... Это ты? — простонала она, ее голос дрожал, но в нем не было протеста, только страсть. Она знала, что я смотрю, и это, кажется, только разжигало ее.
— Ох, как сладко ебать такую сучку! — раздался голос Ибрагима за моей спиной, и я обернулся, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Он и Миша стояли в дверях кухни, их глаза горели самодовольством. Они смотрели на меня, наслаждаясь не только Наташей, но и моим бессилием.
— Игорь, ты видишь, как ей хорошо? — Ибрагим ухмыльнулся, скрестив руки. — Это не просто секс, брат. Это... шоу. И твоя жена — главная звезда."
Миша, развалившийся на стуле, кивнул, потирая подбородок.
— Иди, Игорь, налей нам еще, — сказал он, его голос был полон торжества. — И себе плесни, расслабься. Твоя Наташа сейчас наша, и тебе это нравится, да? Не ври, мы же видим. Он указал на мои брюки, где предательский бугор выдавал мои чувства. Я хотел возразить, но слова застряли в горле. Они были правы — я был заворожен, унижен, но возбужден до предела. Они хотели, чтобы я знал свое место — зритель, не хозяин, и это осознание разрывало меня на части.
— Да, Игорь, смотри, как мы ее берем, — Алексей прорычал из спальни, его толчки стали еще резче, и Наташа снова закричала, ее тело содрогалось в новом оргазме.
— Аааа... Ох, блядь... Еще! — стонала она, ее голос был полон отчаяния и наслаждения. Влажные звуки ее влагалища, шлепки его яиц, ее крики — все сливалось в симфонию, которая сводила меня с ума. Сперма текла по ее бедрам, капая на кровать, и я видел, как она дрожит, полностью отдавшись этим мужчинам.
— Смотри, Игорь, это твоя жена, — Ибрагим подошел ближе, его голос был низким, почти заговорщическим. — Она сейчас наша, и ей это нравится. А тебе? Признайся, тебе ведь тоже в кайф. Он хлопнул меня по плечу, и я почувствовал, как унижение и возбуждение сплетаются в один узел. Я ненавидел их за эту наглость, за то, что они распоряжаются моей Наташей, но в то же время не мог отвести взгляд. Мой член пульсировал, а сердце разрывалось между стыдом и желанием, которое я не мог контролировать.
Я снова заглянул в спальню, и зрелище перед глазами ударило по мне, как молния. Алексей перевернул Наташу на спину, ее стройные ноги были задраны вверх, разведенные в стороны, открывая его взору и моему ее нежное,
Ниже-пиже