Рот разеваю, как пескарь, а слова в горле застряли. Наконец голос прорезался.
— Как это? Ка..Какой ещё третьей стороне? Маме, что ли?
— Не тпи. Третьей может быть то угодно из моих подруг.
— Неее, на это я не согласен.
— Ссышь, что проиграешь?
— Не ссу, но подруг лизать не буду.
Людка смягчила свои требования.
— Мелкий, да не ссы ты. Обязательным будет их подмывание при тебе, чтобы ты убедился, что их письки чистые. Ну и давать будут, и сосать. Согласен?
Подумав немного, решил, что это предложение приемлемо. А одной писькой больше, одной меньше, какая нахер разница.
— Подмываться точно при мне будут?
— При тебе, при тебе, успокойся. Ну, согласен?
— Банкуй!
Если бы мы играли на деньги или вещи, сеструха оставила бы меня без гроша и без трусов. Носки бы тоже содрала. Если коротко, то как бы я не старался смухлевать, как бы не старался выиграть, фортуна была не на моей стороне. Баба она баба и есть и потому подыграла своей товарке по половому признаку.
Довольно лыбясь, Людка быстро стянула трусы и легла, широко раздвинув ноги. Потёрла пальцами письку, понюхала их и даже лизнула.
— Чистая. Давай, салага, приступай. В карты надо не только любить играть, но и уметь. И это, Вов, губки легонько прикусывай. Я от такого просто тащусь. И не куксись. Понравится, как полижешь, дам. Но помни про свои соплюшки в моей письке.
— Тогда я тебе на живот кончу.
— Я те, блядь, кончу! - Людка возмутилась. - Ишь, чего придумал! Для спермы пизда есть, вот в неё и кончать будешь.
Тяжко вздохнув, для начала подул на раскрывшую губки Людкину письку, лизнул. А дальше уже по привычке пошло-поехало.
Людка, не сдерживая эмоций, благо дома никого нет, орала, извивалась, тягала меня за волосы, вдавливая лицом в пизду, требовала то одно, то другое. В смысле лизать то там, то в другом месте, То сделать язык лопатой и лизать снаружи, то острым и лизать внутри. И клитор взять губами и теребить его. Отрывалась, как могла. И твёрдо знала, что следующий раз будет по её усмотрению.
Сеструха взвыла дурниной, схватила меня за чубрыну и вжала лицом в пизду, крепко сжала бёдра, так что её вопли стали доноситься глухо, еле-еле. И рот, и нос погрузились в горячую мякоть, которая залепила все мои дыхательные пути. Прикусил губёнки, от чего сеструха заверещала ещё громче. Горластая она. Мма ебётся практически молча. Стонет иногда, тихонечко что-то проайкает, пропищит каким-то детским голосочком.. А уж Людка, когда ебётся, а тем более кончает, голосок не сдерживает. Прямо Фрося Бурлакова из одного старого фильма.
— Вова, ты просто супер. Прирождённый лизун. Повезёт же какой-то дуре, которая будет твоей женой. А может мне взять мамину девичью фамилию и женить тебя на себе? Возьмёшь меня в жёны? Жалко такого гарного хлопца из семьи отпускать. Тем более, что целочку ты мне сломал, паразит. И теперь, как честный человек, просто обязан на мне жениться. Я не Лариса Гузеева, что играла в кино ту дурочку, которую Михалков выебал и бросил. Сломал целку - женись. - Засмеялась. - А то маме всё расскажу. Ладно. Вижу у тебя уже шишка дымится. Вставляй уж и охлаждай её. Или отсосать?
— Нет. На живот повернись.
Людка легла на живот, приподняла попу, выгибаясь кошкой.Пизда гостеприимно распахнула губки, позволяя рассмотреть розовую мякоть малых губ и пока ещё не спрятавшийся клитор. Блестит. Сам старался, вылизывая. Влажная, ни смазки, ни смачивания не надо. Взял рукой ствол, провёл головкой между губок от ануса
Моим первым, стал пожилой мужчина