есть ты настоящая. Мама, жена — это просто костюмы, которые ты надеваешь по утрам. А ночью, или в любой момент, когда я позвоню, ты снимешь их и станешь тем, кем родилась — моей шлюхой.»
Он не просто соблазнил ее. Он провел над ней тотальную психологическую операцию. Он системно разрушал ее самоидентификацию, подменяя ее новой, извращенной и полностью от него зависимой. Она была его творением. Его куклой. И чем больше она осознавала эту страшную истину, тем слаще и невыносимее становилась ее зависимость. Зимние каникулы подходили к концу, но для Вали это не имело значения. Ее личная зима — холодная, бесчувственная и подчиненная только одной цели — угождать ему, только начиналась.
Глава 14. Слепая игра
Вечер пятницы. Никита и его старый приятель Сергей сидели на кухне в его квартире, потягивая виски. Разговор плавно перетек на женщин — их непредсказуемость, их странности, их власть над мужчинами.
— У меня вот одна сейчас, — хмуро произнес Сергей, — всё требует какого-то романтики, свечей, нежностей. Задолбал уже этот цирк.
Никита усмехнулся, крутя в пальцах стакан. Его телефон лежал на столе, темный экран манил как портал в другой, более интересный мир. Валя. Ее образ вспыхнул в сознании — послушная, жадная до его прихотей. Ему резко, до боли, захотелось ее. Не завтра, не через час, а сейчас.
— Понимаешь, Серёг, — Никита откинулся на спинку стула, — есть женщины, а есть... инструменты. Настроенные именно под тебя.
Не говоря другу ни слова, он взял телефон и написал одно-единственное сообщение:
«Приезжай. Сейчас. Одна.»
Ответ пришел почти мгновенно:
«Да. Муж в гараже, дети смотрят мультики. Я буду через 20 минут.»
Никита посмотрел на Сергея, в голове у него рождался новый, изощренный план. Игра должна была выйти на новый уровень.
— Слушай, друг, — сказал он, — сейчас приедет одна... особа. Мы с ней поиграем в одну игру. Ты посидишь в спальне. Тихо. Ни звука. Понял?
Сергей, уже изрядно выпивший, ухмыльнулся, поняв все с полуслова.
— Без вопросов, старик. Я призрак.
Ровно через двадцать минут в дверь постучали. Никита открыл. На пороге стояла Валя, в легком пальто, с блестящими от возбуждения и страха глазами. Он молча взял ее за руку, втянул в прихожую и, не дав опомниться, повернул к себе спиной.
— Что ты... — начала она, но он уже завязывал ей глаза плотным шелковым шарфом, который приготовил заранее.
— Тише, — его губы коснулись ее уха. — Сегодня правила устанавливаю я. Ты ничего не видишь. Только чувствуешь.
Мир для Вали погрузился в бархатную, непроглядную тьму. Обострились все остальные чувства. Скрип паркета под ногами. Запах его одеколона, смешанный с ароматом виски. Ее собственное бешено колотящееся сердце. Он медленно расстегнул ее пальто, затем блузку. Пальцы скользнули по коду, расстегнули бюстгальтер. Прохладный воздух квартиры коснулся обнаженной груди. Она вздрогнула.
— Никита... — снова попыталась она протестовать, но в ее голосе уже слышалась покорность и та самая, новая, щекочущая нервы дрожь.
Он не отвечал. Его руки повели ее в гостиную. Он усадил ее на колени на диван, спиной к себе. Его пальцы сжали ее бедра. Она была слепа, уязвима и полностью в его власти. Но самое главное — она не знала, что в двух шагах, за приоткрытой дверью спальни, затаив дыхание, за ними наблюдает другой мужчина.
Его вторжение было резким и беспрепятственным. В темноте ее сознания не было никого, кроме него. Но теперь, без визуального подтверждения, ее мозг начал сходить с ума. Кто это? Только ли Никита? А если нет? Эта мысль, отвратительная и невероятно возбуждающая, пронзила ее, как электрический разряд. Она не видела его
Порочный круг (Части 1 - 3)