Мы лежали, прижавшись друг к другу, мокрые и обессиленные, под большим родительским одеялом. Её голова лежала на моей груди. Я обнял её, чувствуя запах потрясающего секса.
— Люблю тебя, Кир, — прошептала она.
— И я тебя, мам.
Мы уснули, крепко обнявшись, как любовники, связанные одной, непростительной тайной, пока отец был на работе.
Мишка.