что вы отправили меня в отделение неотложной помощи.
— Нет!
Она смотрела на него большими, карими и бесхитростными глазами. - Я знаю, ты не поверишь, но у нас с ним не было секса. Ни в ту ночь, ни когда-либо потом. Он хотел этого. Господи, он хотел! Но я не могла, пошла домой и пыталась решить, что мне делать. Мне следовало бы пойти к тебе тогда, но я не могла заставить себя что-либо сделать! Тогда в больнице мне действительно не разрешили с тобой увидеться. К тому времени я бы уже пришла и бросилась к твоим ногам.
— Ты уверена, что сейчас ты говоришь честно? В твоих голосовых сообщениях не было никакого раскаяния.
— Я не знала, что сказать! Не издевайся. Все выходило неправильно. А потом ты заблокировал меня. Когда он не ответил, она продолжила: - Потом я обнаружила, что наши счета заблокированы, а когда я пошла в банк, то обнаружила, что ты забрал почти все. Боже мой, Ной! Ты ушел, а я все испортила, и все вышло из-под контроля.
— И ты пришла в квартиру, чтобы все вернуть. С этим мудаком в качестве телохранителя.
— Нет. Пожалуйста, Ной. Впервые за неделю я узнала, где ты. Я должна была прийти к тебе.
— Но ты все-таки привела Лайонела... Зачем?
— Я боялась встречаться с тобой одна, а он предложил мне защиту. Я даже не думала о деньгах. Лайонел был таким, какой он есть. Я никогда не думала, что он снова нападет на тебя, или что у тебя окажется пистолет, или... все остальное.
*****
— И вот мы здесь, - сказал Ной. Он поджал губы и сделал еще один глубокий вдох.
— Да. Мы здесь. Два незнакомца на скамейке.
— Ну и как твоя жизнь, Лиззи?
— Я не знаю. Действительно. Я просто женщина... которая сожалеет о том, что сделала. Которая помнит, что и с кем у нее было, кем и чем она стала, и которая знает, что никогда не сможет вернуться назад. Я думаю, что сейчас она стала лучше. И она рада... Я рада... видеть тебя сегодня.
— Я тоже. Я рад, что мы наконец-то поговорили. Хотя я и не думаю, что мне стало лучше. Я работаю над этим. Но, послушай. Мне пора идти.
— Может быть, мы могли бы пойти ко мне домой? Мы могли бы выпить и еще немного поговорить, и... Я не знаю. Понимаешь?
— О, нет. Не отдавай себя на милость своего врага.
— Я тебе не враг!
— Именно я прострелил тебе колени. Именно ты хотела меня убить.
— Но я бы не стала...
— Прекрати. Пожалуйста. Готовься не к тому, что твой враг, вероятно, сделает, а к тому, что он может сделать.
— Прекрати Ной! Хорошо. Я понимаю. Не могли бы мы просто сходить в ресторан? Поужинать?
— Нет. Я бы беспокоился о том, когда парни за соседним столиком сделают свой ход. Или когда прибудет полиция.
— Боже мой!
— Это то, что происходит с нами иногда.
— Но полиция. Существует же пятилетний срок давности.
Теперь Ной усмехнулся. Он покачал головой.
— И ты работаешь на город? О, мое милое невинное дитя. Прокурор предъявит мне обвинение в покушении на убийство. На это нет срока давности.
— Но я бы дала показания в твою пользу!
— О, может быть, ты бы и дала. Может быть. Но сделает ли это Лайонел? Э-э, нет. И, конечно, прокурор выдвинет обвинение в покушении на убийство. Усилит обвинение. Только так они остаются на своем посту. Возможно, я выиграю. Но, возможно, и нет.
за что вы, девочки, большие любите? (маленькая девочка, мечтавшая о большом)