Скажите, мистер Лонгман, — спросил Тони, — ваша жена знает о ваших отношениях с бывшей миссис Райан?
— Протестую! — воскликнул адвокат Шивон.
— Прошу прощения, Ваша честь, — сказал Тони с виноватым видом. — Не заметил, что высказал мысли вслух. Снимаю вопрос.
— В будущем я бы на вашем месте был немного осторожнее с тем, чтобы держать мысли при себе, мистер Марино, — сказал судья и велел секретарю суда исключить вопрос из протокола. При этом он с трудом сдерживал улыбку, грозившую расплыться по обычно суровому лицу.
— Миссис Лонгман теперь узнает, — тихо сказал мне Тони, оборачиваясь к столу за документом. — Если, конечно, ещё не знает.
— Итак, мистер Лонгман, — сказал он, снова поворачиваясь к свидетельскому месту. — Давайте поговорим о системе вознаграждения, которую ваша фирма практикует в отношении своих сотрудников. Не могли бы вы нам её объяснить?
Сделав короткую паузу, чтобы собраться с мыслями, Лонгман ответил.
— Несколько помощников юристов MCL предпочли получать оплату за работу в нерабочее время как подрядчики, — пояснил он. — Это избавляет фирму от необходимости нести накладные расходы, связанные с дополнительными часами, отработанными в интересах фирмы или её клиентов. Подрядчики — или «консультанты-исследователи», как они предпочитают себя называть, — в конце каждого месяца представляют фирме детализированный счёт за эти часы.
Фирма выплачивает им вознаграждение и перекладывает эти расходы на клиента в конце каждого расчётного периода.
Разумеется, в соответствии с налоговым законодательством консультанты вправе предлагать свои услуги и другим клиентам — частным лицам, судьям, министрам, государственным чиновникам и так далее. Некоторые так и поступают. Но в большинстве случаев они предпочитают работать через фирму как агента. Это гарантирует оплату — пусть и по ставке чуть ниже той, что можно было бы получить напрямую, зато без риска неплатежа.
— А всем подрядчикам платят по одинаковой ставке? — спросил Тони.
— Нет, — ответил Лонгман. — Ставки различаются. Работа для фирмы в нерабочее время оплачивается по индивидуально согласованной ставке. Что же касается внешних консультационных заказов, то здесь ставка соответствует... э-э, степени сложности выполнения каждого конкретного поручения.
— Итак, когда вы с тогдашней миссис Райан выезжали из Бэй-Сити на судебные заседания, как рассчитывалось её вознаграждение за работу в нерабочее время?
— Простите, — сказал Лонгман, — я не совсем понимаю вопрос.
Тони сразу распознал в этой просьбе о разъяснении тактику затягивания. Он знал: Лонгман пытается сообразить, как ответить, не выставив ни себя, ни Шивон в невыгодном свете.
— Я спрашиваю, мистер Лонгман, как миссис Райан получала оплату, когда сопровождала вас в поездках с ночёвкой?
— А, понятно, — сказал Лонгман. — Ей платили по окладу за обычные рабочие часы, а за дополнительное время, которое ей приходилось тратить на подготовку к судебному заседанию на следующий день, она выставляла счета фирме. Кроме того, ей выплачивали суточные на покрытие расходов, поскольку она находилась вдали от своего обычного места жительства.
— А какова была её почасовая ставка за сверхурочные?
— По-моему, в то время где-то около восьмидесяти пяти долларов в час, — ответил Лонгман.
— И сколько сверхурочных часов она обычно нарабатывала за такую поездку?
— Вероятно, три. Может быть, четыре, — ответил свидетель.
— А суточная ставка в то время?
— Примерно триста пятьдесят долларов за ночь. Сейчас, вероятно, больше.
— Итак, в начале вашего романа с тогдашней миссис Райан, — сказал Тони, доставая листок бумаги со стола, — в ходе ваших маленьких двухдневных поездок с одной ночёвкой она получала зарплату примерно в пятьсот восемьдесят долларов и дополнительно выставляла фирме счёт на триста сорок с лишним долларов за сверхурочные. К этому добавлялись
Здесь никогда не идёт дождь