Это было бы грязно. Аморально. Преступно, если учитывать возраст.
Но эта мысль не пугала ее. Она возбуждала.
Ольга встала, поправила одежду, спрятала телефон в тумбочку. Подошла к окну и долго смотрела на улицу. Там играли дети, гуляли мамы с колясками, шли прохожие. Обычная жизнь. Обычные люди.
А она стояла и думала: «Я хочу. Я хочу, чтобы кто-то трахнул меня — грубо, грязно, как в этих фантазиях. Я хочу, чтобы на меня смотрели и дрочили. Я хочу быть шлюхой».
И самое страшное — она не чувствовала стыда. Только голод. Только предвкушение.
До реальной измены оставался один шаг. И она знала, что сделает его. Рано или поздно.
— --
11 июня, 16:00. Спальня Ольги
Ольга сидела на кровати, поджав ноги, и смотрела на экран старого телефона. Сообщение от «Молчаливого» горело непрочитанным уведомлением. Она перечитала его снова — и снова внутри все оборвалось.
«Я твой ученик. Узнал тебя по фигуре. Я не скажу никому. Но я дрочу на тебя каждый день».
Кто это мог быть? Кирилл Сомов? Мирон? Кто-то из параллельного класса, кого она даже не запомнила? В школе было больше трехсот учеников старших классов. Любой из них мог наткнуться на ее анкету. Любой мог узнать ее грудь, ее живот, ее позу — она выставляла себя голой, оставляя только лицо за кадром. Но лицо оказалось не единственным, что могло ее выдать. Фигура. Рост. Родинка на бедре, которую она не заметила, а кто-то заметил. Десятки деталей, которые она не учла.
Руки дрожали, но она открыла сообщение и начала писать:
«Кто ты? Из какого класса? Как ты меня узнал?»
Ответ пришел почти мгновенно:
«Я не скажу, кто я. Вы наверняка меня не помните — я тихий, на задней парте. Я узнал вас по... не важно. Это не имеет значения. Я не причиню вам вреда. Клянусь».
«Почему я должна тебе верить? Ты можешь разрушить мою жизнь. Мою семью. Мою карьеру».
«Я не хочу разрушать. Я просто хочу смотреть. Я дрочу на вас с восьмого класса. Вы моя первая фантазия. Я нашел вас здесь случайно и офигел. Но я никому не скажу. Даже если вы удалите анкету и заблокируете меня — я никому не скажу. Это не шантаж. Просто... знайте, что я есть. И что я смотрю. И что вы красивая».
Ольга перечитала сообщение трижды. Не шантаж. Не угроза. Просто признание. Тихий мальчик с задней парты, который дрочит на нее с восьмого класса. Она пыталась вспомнить, кто из учеников всегда сидел в углу и молчал. Перед глазами пронеслись лица — десятки лиц, — но ни одно не зацепилось. Анонимность «Молчаливого» должна была пугать. Вместо этого она возбуждала еще сильнее. Это мог быть кто угодно. Тот застенчивый отличник, который краснеет, когда она вызывает его к доске. Тот хулиган с последней парты, который всегда делает вид, что ему скучно. Кто угодно. И каждый из них мог сейчас сидеть перед экраном и смотреть на ее голое тело.
Ольга сжала бедра и почувствовала, как между ними становится горячо.
«Ты правда никому не скажешь?» — написала она.
«Клянусь. Чем хотите поклянусь. Мамой. Жизнью. Экзаменами. Я лучше себе язык откушу. Просто не удаляйте анкету. Я хочу иногда на вас смотреть. Это все, что мне нужно».
«Ты понимаешь, что это ненормально? Ученик и учительница?»
«Понимаю. И вы понимаете. Но мы оба здесь. И вы не удаляете анкету».
Он был прав. Она не удаляла.
Ольга отложила телефон и закрыла лицо ладонями. Сердце колотилось. В висках стучало. Она должна удалить анкету. Должна прекратить это безумие. Должна вернуться к нормальной жизни, пока не поздно.
Лето изменившее всё! (Часть 9)