что не сосутся прилюдно. А меня, не поверишь, как парализовало, смотрю на это зрелище, перед глазами туман, а сам шевельнуться не могу. Хотя может оно и к лучшему, иначе бы я там пиздец, каких дров наломал! Ну, короче, пока я так стоял, как примороженный, эти голубки сели в тачку и уехали в закат. Вот, собственно, и всё, – закончил свой рассказ Андрей.
— А они тебя видели? – осторожно поинтересовался Александр.
— Видеть – не видели, но я сразу схватил телефон и ей позвонил, сказать, чтобы она немедленно возвращалась обратно.
— То есть она знает, что ты в курсе? – сделал уточнение Саша.
— Ну, конечно!
— И что она ответила?
— Приказала ехать домой, а завтра она вернётся и всё мне бестолковому популярно объяснит, а то я, видите ли, кипиш устроил на пустом месте.
— Да уж! Прямо, так и хочется процитировать милашку Элизабет Олсен – pizdec nahoy blyat!
— Да не то слово!
— Так, ну с этим, вроде, всё понятно, а от меня-то ты, что хочешь? – с этим вопросом Саша подошёл к столику и налил им ещё чая.
— Ты утром говорил, что бывают такие случаи, когда можно не отправлять покойника на вскрытие, правильно? – начал издалека озвучивать свой план Андрей.
— Да в законе есть статья, по которой родственники человека умершего дома, могут отказаться от вскрытия, но там также и целый ряд показаний, когда аутопсия проводится в обязательном порядке.
— Хорошо, а кто будет проверять, были эти показания на самом деле или нет? – Андрей помолчал, давая другу возможность придумать ответ, и не дождавшись, продолжил. – Ну, так вот. Всё, что мне от тебя нужно, это чтобы ты завтра выписал справку, какие ты там выписываешь, чтобы я мог закопать эту суку без вскрытия. Всё остальное я сам улажу.
— Нет, Андрей, там не всё так однозначно. Свидетельство о смерти будет выдавать поликлиника по месту прикрепления, и у них должны быть соответствующие записи в амбулаторной карте об основном заболевании послужившим причиной смерти. Например, как в случае с той женщиной, у которой вчера кровотечение открылось на фоне язвы.
— Так у Ирки гастрит ещё со студенческих времён, а в прошлом году она потянула спину на йоге и несколько дней пила Нимесил. И у неё тоже что-то там закровило, причём так, что она потом неделю в стационаре пролежала, и ещё месяц была на специальной диете. А значит и записи в её карте имеются.
— Андрюх, ты сам-то себя слышишь? Ты вообще осознаёшь, что мы сейчас обсуждаем? Ты собираешься убить свою жену! Как бы там ни было, но по всем законам, это вообще-то очень серьёзное преступление.
— Ой, хватит, Сань! Я тебя умоляю! Если убийство – это серьёзное преступление, тогда почему ваше руководство не запрещает аборты? Сотни баб по всей стране ежедневно совершают предумышленное убийство детей, группой лиц и по предварительному сговору – и всем похую! Сколько случаев, когда шлюхи делают аборты от любовников, чтобы скрыть от мужа своё блядство. Что это за хуйня, когда детей по закону убивать можно, пусть и не рождённых, а изменяющих блядей нельзя?
— Ну, во-первых, ты выбрал не совсем корректное сравнение, когда немного остынешь – сам поймешь, а во-вторых – всем уже не похую. Сейчас Департаменты в регионах настоятельно рекомендуют частным клиникам не проводить аборты, а поскольку все Департаменты, это по совместительству ещё и лицензирующие органы, понятно, что никто из частников выёбываться не станет. Раз сказали не проводить – значит не проводить. А в государственных больницах ввели стимулирующие выплаты
отпуск...