в монитор камеры. – Вроде, нормально. Хоть не зря мучилась. Надо ещё снять, как мои губки… Нет, потом. Я сейчас слишком…
Обхватил её за бёдра, прижимая к себе.
— Остановись… расслабься, - пробормотал воркующим голосом. – У нас всё прекрасно получается. Просто стой и ни о чём не думай…
Опустился перед ней на колени, стягивая трусывниз. Мокрая ткань едва отлипла от набухших и покрасневших губок. Девушка догадалась, что собираюсь сделать, и попыталась отстраниться, но я усилил хватку.
— Нет, подождите! Я слишком… У меня там… - молча прижался губами к мокрой щели, погружая язык в глубину. – А-а-ах! О, пожалуйста… Не-е-е надо-о-о…
Судя по обильной влаге и сильному вкусу, она уже кончила и не один раз, и сейчас снова находилась на пике. Когда хрупкое тело затрепетало в экстазе, сдвинул руки на крепкие ягодички, так что пальцы легли на сфинктер, и начал сжимать их.
— Ох! Мне… не-е-е… - не пытался её ласкать, так что собственная дрожь тела усиливала воздействие. Жаль, что Катя не снимает, как раскрывается анус, но потом сам смогу полюбоваться… Когда Таня привыкнет к таким ласкам. Она уже едва держалась на ногах, и я выпрямился, придерживая вспотевшее тело и жадно целуя мокрыми губами распахнувшиеся губы. Точнее, в первый момент она попыталась их сжать, но сейчас её воля и желания подчинялись только мне.
— Ты восхитительная… женщина, - жарко выдохнул в лицо, протягивая платье и придерживая девушку, пока она брезгливо натягивала мокрые трусы.
Потом надела смятое платье.
— Как же от меня воняет… - всхлипнула она.
— Прекрасный аромат, - мягко улыбнулся я. – Настоящий запах женщины. Все, мимо кого ты пройдёшь, поймут, что с тобой произошло.
— Ой, нет! Пожалуйста! Найдите мне что-то… другое! – Таня действительно испугалась.
— Ты не должна скрывать это, - приобнял за плечо заглядывая в глаза. – Ты сама должна признать, что ты – женщина, и не стыдиться проявления своей сексуальности.
— Но… - оглянулась на Катю, словно в поисках поддержки, но та удивлённо смотрела на меня. Да, я сам не понимаю, почему моё поведение так изменилось. Будет ещё время разобраться.
— Ты доверяешь мне? – настойчивый взгляд заставил Таню кивнуть. – Ты пойдёшь по коридорам, а потом по улице, источая аромат своего возбуждения. Ты будешь знать, что промочила его, получая порку, боль и унижение. Никто не догадается, как тебе это понравилось… Мы никому не скажем…
Поцеловал её в уголок губ, и девушка не отозвалась на поцелуй.
— Хорошо… Надо прибрать здесь…
— Я поставлю к стене, чтобы не догадались о цели использования. Катя, собери вещи и помоги ей привести себя в порядок.
Разобрал пыточный станок, взял сумки, мысленно составляя наименее людный путь к выходу. Я собирался воздействовать на девушку, но вовсе не хотел наталкивать своих коллег на крамольные мысли.
В коридорах мы никого не встретили, и сомневаюсь, что даже вахтёр заметил или учуял. Что там могли подумать случайные прохожие – было глубоко плевать. Едва уселись в машину, Таня с облегчением выдохнула.
— Ох! Это было сильнее… Пожалуй сильнее, чем… когда вы меня били… Если бы как-то передать эти ощущения через камеру!
— Вижу – ты быстро вернулась к норме, - покровительственно усмехнулся я. – Теперь понимаешь, зачем я заставил тебя? Невозможно передать то, что не испытала сама.
Даже не думал о таком. Старался ещё больше развратить девушку, но озвучивать свои настоящие стремления не собирался.
— Ох, как вы были правы! – она склонилась ко мне, поцеловав в шею.
Теперь и Катя будет думать, какой был ловкий психологический манёвр с моей стороны.
Пятница-развратница продолжение