к спящему мужу и положила руку ему на пояс. Он что-то пробормотал во сне. Она осторожно потянула за резинку его боксёров. Её сердце бешено колотилось. В тусклом свете уличного фонаря она разглядела его член — мягкий, бледный, аккуратный. Совершенно обычный. Совершенно не похожий на тех монстров из рассказов.
Она взяла его в руку. Он был тёплым, бархатистым. Но в нём не чувствовалось той спящей мощи, того обещания неистовой, растягивающей плоть мощи. Он был просто членом. Её мужа. Которого она любила.
Но теперь этого было мало.
Она отпустила его, отвернулась и уткнулась лицом в подушку. Глаза её были сухими и горячими. Внутри зияла пустота, которую не мог заполнить этот милый, привычный человек рядом.
Она знала, что всё изменилось. Зерно было брошено. И оно уже давало первые, ядовитые всходы. Завтра она проснётся и пойдёт варить кашу для мужа и улыбаться свекрови. Но внутри неё будет жить другая Светлана. Та, которая подслушала. Та, которая хочет узнать, каково это — когда внутрь входит нечто размером с билиардный шар. Какова на вкус «специфическая» сперма. Что чувствуешь, когда кривой член скребёт тебя изнутри.
И эта новая Светлана была голодна. Очень голодна. А до отъезда свекрови и её болтливой подруги оставалось ещё пять дней. Пять дней, в течение которых она, возможно, подслушает ещё много интересного. И кто знает, куда заведёт её этот новый, разбуженный голод.
Не стреляй. Часть 2. (18 из 21). Парни, Наташа, Леша