тебя снова и снова, глядя прямо в глаза. А ты чувствуешь, как горячая спираль внизу живота закручивается всё туже и туже...
И лопается.
Ты кончаешь. Без рук. Сперма — жидкая, прозрачная, её немного — выстреливает тебе на живот, на грудь, одна капля долетает до подбородка. Твоё тело содрогается в спазмах, мышцы сжимают член Маркуса, и он рычит от удовольствия.
— Блядь! Вот так! Вот так, сучка! Сжимай! Сжимай меня!
Он делает последний толчок и кончает тебе в задницу — вторую порцию спермы в твою уже переполненную дыру. Она вытекает из тебя на ковёр, смешиваясь с тем, что оставил Дарнелл.
Лера кричит — она кончает на члене Дарнелла одновременно с вами, выгибаясь дугой и царапая его плечи ногтями.
В комнате повисает тишина. Только тяжёлое дыхание четверых. Запах пота. Спермы. Ковра. И чего-то ещё — может быть, стыда. А может быть, счастья.
Лера слезает с Дарнелла и на нетвёрдых ногах подходит к тебе. Ты лежишь на спине, перемазанный собственной спермой и чужой, с открытой, текущей дырой, и не можешь пошевелиться.
Она садится рядом и гладит тебя по голове. Нежно. Как в те вечера, когда вы только начали встречаться.
— Вот видишь, Антош. Всё не так страшно. Ты справился. Даже кончил. Я горжусь тобой.
Она целует тебя в висок и добавляет шёпотом:
— Но это только начало. Мальчики останутся на ночь. И завтра утром у них снова встанет. А у тебя есть ещё рот. И задница. И... знаешь, я ведь тоже хочу попробовать. Трахнуть тебя. Страпоном. Пока они будут смотреть. Ты же не против?
Она улыбается. И в её глазах ты видишь, что ответ ей не нужен. Она уже всё решила.
Моя сестра меня обописала.