В тёплый летний вечер, когда солнце уже скрылось за горизонтом, оставив после себя лишь мягкий оранжевый отблеск на стенах старого загородного дома, Анна вернулась с работы. Ей было сорок два, но она выглядела гораздо моложе — стройная фигура, длинные тёмные волосы, которые она обычно собирала в небрежный хвост, и полные груди, которые едва умещались в тонкой белой блузке. Она работала учительницей в местной школе и всегда старалась выглядеть строго, но дома позволяла себе расслабиться.
Её сын, Максим, только что отметил восемнадцатилетие. Высокий, немного неуклюжий парень с растрёпанными каштановыми волосами и большими голубыми глазами. Он был девственником — стеснительным, замкнутым, большую часть времени проводил за компьютером или книгами. Девушки в школе казались ему слишком смелыми, а сам он боялся даже заговорить. Анна знала это. Она видела, как он краснеет, когда она выходит из душа в одном полотенце, как его взгляд невольно скользит по её бёдрам.
В тот вечер Анна была особенно уставшей. Она скинула туфли у входа и прошла на кухню, где Максим сидел за столом, уткнувшись в телефон.
— Макс, солнышко, ужинать будешь? — спросила она мягко, подходя ближе. Её блузка была слегка расстёгнута, открывая кружевной край белого бюстгальтера.
Максим поднял глаза и сразу почувствовал, как кровь прилила к лицу. Мама пахла её любимыми духами — сладковатым ванильным ароматом, смешанным с лёгкой испариной после жаркого дня.
— Д-да, мам... — пробормотал он, стараясь не смотреть на её грудь.
Анна улыбнулась. Она давно замечала эти взгляды. Сначала это пугало её, но со временем что-то внутри неё начало просыпаться. Запретное, тёплое, пульсирующее желание. Она была одинокой уже много лет после развода, и мысль о том, что её собственный сын смотрит на неё с такой невинной похотью, возбуждала всё сильнее.
— Иди, прими душ, а я пока приготовлю, — сказала она и легонько провела рукой по его плечу. Пальцы задержались чуть дольше, чем нужно.
Максим ушёл в ванную. Под горячей водой он не мог думать ни о чём другом. Его член уже стоял колом, твёрдый и пульсирующий. Он обхватил его рукой, но остановился. «Это неправильно... она моя мама...» — шептал он себе, но фантазии всё равно крутились вокруг её тела.
Через полчаса они ужинали. Анна специально переоделась в лёгкий шёлковый халат, который едва прикрывал бёдра. Когда она наклонялась, чтобы поставить тарелку, Максим увидел, что под халатом ничего нет. Её соски слегка проступали сквозь тонкую ткань.
— Ты сегодня какой-то напряжённый, — заметила она, садясь напротив. Её нога под столом случайно коснулась его колена. — Что-то случилось?
— Н-нет... просто... — Он покраснел ещё сильнее.
Анна встала, обошла стол и села рядом. Её рука легла ему на бедро.
— Макс... я вижу, как ты на меня смотришь. Уже давно. — Голос её стал ниже, хрипловатым. — Ты ведь ещё ни с кем не был, правда?
Максим замер. Сердце колотилось так, будто готово было вырваться.
— Мам... это... неправильно... — прошептал он, но его член предательски напрягся в шортах.
— Неправильно? — Анна улыбнулась и медленно провела пальцами выше, по внутренней стороне бедра. — А мне кажется, что это очень естественно. Ты вырос в этом доме, рядом со мной. Я родила тебя... Я знаю твоё тело лучше, чем кто-либо.
Она наклонилась и поцеловала его в шею. Мягкие губы, горячее дыхание. Максим вздрогнул, но не отстранился. Её рука добралась до ширинки и легонько сжала твёрдый бугор.
— Ох... какой большой... — прошептала она ему на ухо. — Мой мальчик уже совсем взрослый.
Максим застонал. Анна встала, взяла его за руку и повела в свою спальню.
Планета Эстэй