чувствовал, когда видел, как он берёт меня? Когда понял, что я хочу его?
Марк опустил взгляд, глядя на её руку, лежащую у него на груди. Он молчал несколько долгих секунд, собираясь с мыслями, а когда заговорил, голос его был низким, чуть хриплым.
— Я думал, что сойду с ума, — признался он. — Первый раз — когда ты была под ним, когда он трахал тебя, когда я видел, как твоё тело принимает его... — Он покачал головой, и его пальцы накрыли её ладонь, сжимая. — Во мне боролось столько всего. Я хотел вырвать тебя из его рук, убить его, защитить тебя. Но я не мог.
Он поднял взгляд и встретился с ней глазами. Его зрачки были расширены, в них стояла странная смесь стыда и откровенности.
— И в то же время меня возбуждало это. Видеть, как сильное существо берёт тебя, как ты принимаешь его, как твоё тело откликается на него. Я ненавидел себя за это возбуждение, но не мог его контролировать. И когда ты сказала, что хочешь его... — Он сглотнул. — Я почувствовал облегчение. Потому что если ты хочешь этого, значит, это не просто насилие. Значит, в этом есть что-то, что мы оба можем принять.
Он замолчал, и его пальцы сжались вокруг её ладони чуть сильнее.
— Но самое странное — я чувствовал гордость. Гордость за то, что ты смогла принять это. За то, что ты оказалась сильнее, чем я думал. За то, что ты — моя мать. И я хотел тебя ещё сильнее.
Софи смотрела на него, не отводя взгляда. В её глазах блестела влага, но она не плакала — просто впитывала каждое его слово, каждую эмоцию, которую он открывал ей.
— А когда я сказала, что хочу его... — продолжила она тихо. — Когда ты услышал это — ты почувствовал отвращение ко мне?
Он покачал головой, не раздумывая ни секунды.
— Нет. Ни капли. Я чувствовал только желание быть рядом с тобой. Даже когда он был внутри тебя. Даже когда я трогал себя, глядя на вас. Я хотел быть частью этого. Хотел, чтобы ты знала, что я принимаю тебя любой. Даже такой.
Она прикрыла глаза на мгновение, выдыхая, и, когда открыла их, в них стояла такая теплота, от которой у него перехватило дыхание.
— Спасибо, — прошептала она. — Спасибо, что не отвернулся.
Марк наклонился ближе, и его лоб коснулся её лба. Горячая вода плескалась вокруг них, пар застилал глаза, но он видел её — каждую чёрточку, каждую эмоцию, каждую трещину в её броне.
— Я никогда не отвернусь от тебя мам, — сказал он тихо, но твёрдо. — Что бы ни случилось. Я хочу лишь чтобы ты знала — я люблю тебя. Теперь я сам знаю насколько сильно и ясно, без страха и стыда, без оглядки на то, кто ты и кто я.
Софи медленно выдохнула и в следующую секунду схватила его за затылок, влажными пальцами, притягивая к себе, и поцеловала — крепко, глубоко, без сомнений.
— Я тоже люблю тебя, — выдохнула она ему в губы. — И тоже уже не боюсь этого чувства.
Он провёл ладонью по её мокрой щеке, убирая прядь волос, заглянул в глаза.
— А теперь, — она задержала дыхание, встречая его взгляд, — скажи. Тебе не противно касаться меня после него?
Марк медленно убрал руку. Он опустил взгляд, провёл пальцами по её груди под водой, едва касаясь, и снова поднял глаза.
— Нет, — ответил он просто. — Ни капли. Если на то пошло — я чувствую, что ты ещё
По ту сторону любви