всё-таки забылся тяжёлым, беспокойным сном, но уже в семь утра проснулся от звука шагов и тихого смеха на кухне.
Он полежал ещё несколько минут, собираясь с силами, потом встал, накинул шорты и пошёл на кухню.
Ксюша и Виктор уже были там.
Она стояла у плиты в одной тонкой майке и коротких трусиках, волосы были собраны в небрежный хвост. Виктор стоял прямо за ней — очень близко. Одной рукой он обнимал её за талию, прижимая к себе, а второй медленно водил по её животу под майкой. Когда Сергей вошёл, Виктор как раз наклонился и поцеловал Ксюшу в шею, чуть ниже уха. Она тихо засмеялась и слегка откинула голову назад, позволяя ему продолжать.
— Доброе утро, — сказал Сергей хрипло.
Ксюша обернулась. На её лице была спокойная, чуть сонная улыбка.
— Привет. Кофе будешь?
Виктор не спешил убирать руку с её талии. Он просто кивнул Сергею, как старому приятелю, и спокойно ответил:
— Доброе. Мы тут как раз завтрак готовим.
Он наконец отпустил Ксюшу, но перед этим ещё раз провёл ладонью по её груди поверх майки — открыто, не скрываясь. Ксюша лишь слегка выгнулась и продолжила помешивать яйца на сковороде, будто так и должно быть.
Сергей стоял в дверях и смотрел на них. Вчерашняя ночь, которую он пытался забыть, вернулась с новой силой. Он видел, как уверенно Виктор касается его жены, как Ксюша не только не отстраняется, но и сама слегка прижимается к нему спиной.
Внутри всё сжалось.
Виктор налил себе кофе, сделал глоток и посмотрел на Сергея с лёгкой, дружелюбной улыбкой:
— Хорошо выспался?
Сергей не ответил. Он просто сел за стол и уставился в кружку, которую Ксюша поставила перед ним.
Ксюша поставила сковороду на стол, села рядом с Виктором и спокойно начала есть. Виктор положил руку ей на бедро под столом — Сергей видел это движение. Ксюша не убрала руку. Она взяла вилку и продолжила завтрак, как будто ничего особенного не происходило.
Завтрак прошёл почти в полной тишине. Виктор доел свою яичницу, откинулся на стуле и довольно потянулся.
— Ну что, я сегодня по делам в центр съезжу. А вы как планируете день?
Ксюша пожала плечами и посмотрела на Сергея. Тот молчал пару секунд, потом сказал, стараясь, чтобы голос звучал естественно:
— Мы с Ксюшей, наверное, на море сходим. Вдвоём.
Виктор кивнул, будто ничего особенного не услышал.
— Отличная идея. Там сегодня хорошая волна должна быть. Я тогда вас не задерживаю.
Он встал, поставил тарелку в раковину и, проходя мимо Ксюши, спокойно провёл ладонью по её попе. Ксюша лишь слегка улыбнулась уголком рта и продолжила пить кофе.
Они вышли из дома и направились к морю по оживлённым улицам Сочи. Вокруг кипела настоящая курортная жизнь: по тротуарам сновали толпы отдыхающих в ярких шортах и платьях, из открытых кафе доносилась громкая музыка, продавцы кричали «кукуруза горячая!», а воздух был густым от запахов жареного мяса, кофе, сладкой выпечки и моря. Солнце уже сильно припекало, асфальт дышал жаром, а лёгкий ветерок с берега приносил солёную свежесть.
Сергей шёл чуть впереди. Ксюша — в двух шагах позади, в лёгком сарафане и сланцах. Они почти не разговаривали. Только шум улицы, гудки машин, смех прохожих и нарастающий рёв прибоя сопровождали их путь.
Сергей несколько раз открывал рот, чтобы начать разговор, но слова застревали в горле. Он чувствовал, как между ними висит тяжёлое, плотное напряжение. Вчерашняя ночь, утренние прикосновения Виктора — всё это висело в воздухе, хотя никто из них пока не произнёс ни слова.
Когда они наконец вышли к морю, то оказались на обычном многолюдном пляже — с лежаками, громкой музыкой и толпой
Так было