обхватывали груди, нажимая и круговыми движениями прорабатывая мышцы. Движения были сильными, но при этом чувственными — он не просто «разминал», он наслаждался.
Ксюша выгнулась, прикрыла глаза и тихо выдохнула.
Сергей сидел напротив и видел всё в деталях. Как пальцы Виктора вминаются в её грудь, как ткань майки натягивается под его ладонями, как Ксюша прикусывает нижнюю губу и старается дышать ровно.
Внутри Сергея всё перевернулось.
— Вить, ты это... полегче, — выдавил он наконец, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.
Виктор даже не убрал руки. Он продолжал неторопливо массировать Ксюшину грудь, глядя на Сергея с лёгкой, снисходительной усмешкой.
— Тише, тише, Серёга... — произнёс он спокойно и низко. — Ты чего так за коллегу переживаешь? Она взрослая девочка. Сама разберётся, кому можно, а кому нет.
Ксюша молчала. Она не оттолкнула руки Виктора. Не сказала ни слова. Просто сидела, слегка прикусив губу, и позволяла ему продолжать.
Сергей почувствовал, как кровь прилила к лицу. Он хотел что-то ответить, но слова застряли в горле. Виктор ещё несколько секунд продолжал массаж, потом медленно убрал руки, будто ничего особенного не произошло, и взял бокал с вином.
— Ну что, ещё по одной?
Вечер продолжался. Гирлянда мягко светила, отбрасывая тёплые блики на деревянный стол и лица. Где-то в темноте двора тихо шелестели листья фруктовых деревьев, а воздух постепенно наполнялся запахом остывшего камня и ночной росы. Разговор снова потёк, но теперь уже в другом ритме. Сергей сидел, почти не участвуя в нём, и всё отчётливее понимал: ситуация давно и безвозвратно вышла из-под контроля.
Вечер наконец подошёл к концу.
Сергей дождался, пока Виктор уйдёт к себе, и негромко постучал в дверь Ксюшиной комнаты. Она открыла почти сразу. В комнате горел только маленький ночник на тумбочке, света было мало. Ксюша уже переоделась в тонкую майку и короткие шорты, волосы были распущены.
— Можно? — спросил он.
Она кивнула и отошла в сторону. Сергей вошёл и прикрыл дверь за собой, но не до конца.
Несколько секунд они просто стояли и смотрели друг на друга. Потом Сергей не выдержал.
— Ты чего его не отшила? — спросил он тихо, но с нажимом. — Я же видел, как он тебя лапал. И ты... ничего.
Ксюша посмотрела на него долгим взглядом. В её глазах не было ни вины, ни смущения — только усталость и что-то ещё, чего Сергей не мог прочитать.
— А ты почему его на место не поставил? — ответила она спокойно.
Сергей растерялся.
— Я пытался... ты же видела.
Ксюша чуть приподняла бровь.
— И что? Ты сразу сдулся. Стоял и молчал.
— У нас же легенда, Ксюш, — Сергей понизил голос. — Мы «просто коллеги». Что я мог сделать? Начать при всех кричать, что ты моя жена? Тогда вся эта затея с дешёвым домом сразу бы рухнула.
Ксюша медленно кивнула, будто именно этого ответа и ждала.
— Ну вот и я придерживаюсь легенды, что мы коллеги, — сказала она ровно. — Что мне оставалось делать? Оттолкнуть его при тебе и устроить скандал? Или ты хотел, чтобы я прямо при нём сказала: «Извини, я замужем, а вот кстати и муж сидит»?
Она сделала шаг ближе. Голос остался тихим, но в нём появилась твёрдая нотка:
— И вообще, Серёж... ты сам захотел сэкономить. Сам настоял на этом доме. Сам сказал «всё будет нормально». Так что себя и вини.
Сергей открыл было рот, но слов не нашлось. Он стоял и смотрел на неё, чувствуя, как внутри всё сжимается. Ксюша не кричала, не повышала голос — она просто констатировала факты. И от этого было ещё тяжелее.
Я и Висс: наша история