Охрана у входа была колоритной – два огромных кавказца в черных костюмах с сердитыми лицами. Но когда они увидели Лизу, то расплылись в улыбках. Один из них открыл перед ней дверь, другой приобнял и чмокнул в щеку. Лиза засмеялась, что-то сказала им, и прошла внутрь.
Я вышел из машины и подошел к входу, стараясь выглядеть как можно более расслабленно. Когда я подошел ближе, один из охранников перегородил мне дорогу:
– Для мужчин вход платный, только для девушек бесплатно. Оплата – кэш или перевод.
Я достал кошелек:
– Сколько?
– Три тысячи.
Я молча вытащил купюры, отсчитал требуемую сумму и протянул ему. Он взял деньги и кивнул, пропуская меня внутрь.
Как только я вошел, на меня обрушилась громкая музыка. Воздух был густым, пропитанным запахом дыма от кальяна, парфюма и пота. В центре располагался танцпол, залитый светом цветных прожекторов, по одну сторону от него были бар и столики, по другую – VIP-кабинки в полумраке.
Я огляделся. Первое, что бросилось в глаза – дисбаланс: мужчин здесь было подавляющее большинство, причем, почти все они были кавказской внешности. Они сидели группами, громко разговаривали, смеялись, выпивали, курили кальян. А женщин... женщин было очень мало. Я прикинул в уме – на пятьдесят мужчин приходилось, может быть, пять-семь девушек.
Я сжался, чувствуя себя белой вороной, и поспешил к дальнему углу зала. Нашел свободный столик за колонной, откуда был хороший обзор на большую часть танцпола и барную стойку. Заказал у официанта виски, чтобы был предлог сидеть за столиком.
Мой взгляд сосредоточился на Лизе, которая сидела за барной стойкой. Она пила какой-то коктейль ярко-розового цвета. Рядом с ней не было никаких ее подруг, которых она обычно называла – Маша, Катя или Оля. Зато рядом с ней были какие-то кавказцы. Я видел, как они ей что-то говорят, а она смеется, запрокинув голову.
Я спросил у официанта, который принес мой заказ:
– Слушай, – я показал в сторону Лизы. – Кто эта девушка?
Официант посмотрел в указанном направлении, потом перевел взгляд на меня и ухмыльнулся:
– А, это Лиза, – ответил он. – Это местная шлюшка.
Слово «шлюшка» ударило меня как током. Я открыл рот, чтобы сказать что-то, но он продолжил, не обращая на меня внимания
– Она любит кавказцев, ее все здесь знают. Если Лиза не пришла на тусовку в пятницу, значит, у нее месячные. Других причин, чтобы она пропустила вечеринку в клубе, у нее нет. Она тут постоянно...
Он развернулся и ушел, оставляя меня сидеть с выпученными глазами и бокалом в руке. Моя жена – местная шлюшка. Все знают. Все! Охранники, бармены, официанты. И только я, как дурак, сидел дома, выслушивая ее лживые оправдания.
Я смотрел, как Лиза допивает свой коктейль и спрыгивает со стула. Она идет по залу, и головы мужчин оборачиваются к ней, они что-то говорят, машут ей руками в знак приветствия, целуют ее в щечку, когда она, проходя мимо, подходит чуть ли не к каждому столу. Лиза явно не искала подруг, она общалась только с мужчинами. И вот моя жена остановилась у одного из столиков, где сидела компания из троих кавказцев. Им было лет тридцать-тридцать пять – смеющиеся, беззаботные. Лиза подошла к ним с такой радостью, будто вернулась домой после долгой разлуки. Она обняла одного за плечи, потом чмокнула в щеку другого, поцеловала в губы третьего. Причем она это делала так легко и непринужденно, что было понятно, это не новые знакомые, а старые друзья. Или любовники?
Они освободили ей место за столиком, она присела, и ей тут же наполнили бокал виски с колой.
Бедный Энджи (4 часть)