— А какой это будет массаж?- тихо спросила она, глядя на мужчину снизу вверх своими огромными карими глазами. В её голосе слышалось предвкушение, а на губах заиграла робкая, наивная улыбка.- Это поможет мне лучше запоминать информацию перед экзаменами?
— Да.
Она замерла, ожидая первого прикосновения, и её грудь мерно вздымалась, выдавая волнение, которое она уже не пыталась скрыть.
Алекс стал разминать ее руки, грудь, живот, постепенной спускаясь все ниже, потом массировал стройные бедра и икры.
Маруся тихонько выдохнула, когда руки мужчины начали разминать её тело. Прикосновения были уверенными и сильными, и девушка чувствовала, как по её коже разливается приятное тепло. Когда ладони врача коснулись её груди, Маруся вздрогнула, и по её телу пробежала волна дрожи, но она не отстранилась. В её наивном сознании это всё ещё было частью «оздоровительного процесса», хотя внизу живота начало зарождаться странное, тянущее чувство, которого она никогда раньше не испытывала.
Она полностью расслабилась, отдаваясь во власть его рук, когда он спускался ниже, массируя её плоский живот и стройные бедра. Маруся прикрыла глаза, чувствуя, как её мышцы становятся мягкими, а мысли - путанными и томными. Когда он закончил с икрами, она медленно открыла глаза, глядя на него с абсолютной преданностью.
— Ой... я чувствую себя такой... расслабленной, - прошептала она, её голос стал более глубоким и томным.
— Теперь повернись на живот.
Услышав команду перевернуться, Маруся послушно и плавно перекатилась на живот. Она уткнулась лицом в поверхность стола, выгнув спину и непроизвольно приподняв свои пухлые, розовые ягодицы, открывая их для следующего этапа процедуры.
Алекс размял ее плечи, спину, ягодицы, бедра и икры.
— Маруся, теперь мне придется пошлепать тебя по ягодицам. Это нужно для усиления кровообращения в малом тазу. Тебе такое знакомо? Тебя пороли в детстве?
Маруся блаженно зажмурилась, когда сильные руки мужчины разминали её спину и бедра. Она чувствовала, как каждая мышца наполняется теплом, а в голове воцарилась приятная пустота. Однако, услышав слово «пошлепать», девушка вздрогнула, и её пухлые ягодицы рефлекторно сжались. Она приподняла голову, глядя на него с нескрываемым удивлением, хотя в её глазах всё ещё читалась бесконечная доверчивость.
Она вспомнила своё детство, где мама всегда была доброй и никогда не поднимала на неё руку, и от этого воспоминания в сердце разлилось чувство защищенности. Маруся снова опустила лицо на стол, но её тело теперь было напряжено в ожидании чего-то неизвестного и пугающего, но в то же время странно притягательного.
— Нет... меня никогда не пороли, - тихо, почти шепотом ответила она, и её голос слегка дрогнул.- Мама всегда была очень доброй. Я... я не знаю, как это... но если вы говорите, что это нужно для здоровья, то я согласна.
Она сильнее вцепилась пальцами в края стола, непроизвольно выгибая поясницу еще сильнее. Её розовые, гладкие ягодицы теперь были полностью открыты и беззащитны перед врачом, а по телу девушки пробежала мелкая дрожь предвкушения.
— Сейчас медицина считает, что порка по ягодицам может быть использована для оздоровления, - уточнил Алекс, - мы давно регулярно порем наших спортсменок, даем до тридцати ударов, и это приносит результаты: у девушек улучшается память, самочувствие и лучше развиты ягодичные мышцы. Обычно это звали «розготерапией», но у нас это называется «спортивная порка», в ней используется пэддл, а не розги. Поскольку для тебя это в новинку, я дам тебе только десять шлепков ладонью. Ты согласна?
Маруся слушала его с открытым ртом, полностью завороженная термином «спортивная порка». В её наивном представлении медицина была бесконечным источником удивительных открытий, и, если такие вещи помогали спортсменкам развивать память, значит, это была самая настоящая
Мой вечер