с другом. На них сверху грязные, серые одеяла и подушки без наволочек, пожелтевшие от времени. Вокруг валялись пустые бутылки, окурки и какой-то мусор.
— Вот, — Гриша помог ей опуститься на один из матрасов. — Отдыхай.
Вика рухнула на пружины, которые жалобно заскрипели. Она закрыла глаза и улыбнулась. Ей казалось, что она в самом фешенебельном отеле города.
— Спасибо, — пробормотала она. — Вы такие добрые...
Сеня и Гриша стояли над ней, глядя на неё сверху вниз. Свет из окна, пусть и забитого досками, пробивался сквозь щели, освещая её фигуру. Вика лежала на спине, её платье задралось до трусиков, обнажая стройные ноги в колготках, которые она так и не натянула обратно. Грудь тяжело вздымалась под тканью.
— Добрые, — хмыкнул Сеня, потирая свои грубые ладони. — Ну, если мы такие добрые, значит, должны помочь нашей гостье раздеться. В одежде-то спать неудобно, правда?
— Точно, — поддержал Гриша. — Поможем.
Они сели на матрас по бокам от неё. Вика чувствовала, как пружины прогнулись под их тяжестью. Она открыла один глаз, но видела только размытые силуэты.
— Да, — согласилась она, не понимая, что делает. — В одежде неудобно, я привыкла спать голой...
Сеня протянул руку и коснулся её плеча. Его пальцы были грубыми, с мозолями, но Вике казалось, что это приятный массаж. Он потянул лямку платья с её плеча. Ткань соскользнула, обнажая белую, нежную кожу. Гриша тем временем занялся другой лямкой.
— Какая ты гладенькая, чистенькая, — пробормотал Гриша, в его голосе зазвучало животное желание. — Как вкусно пахнешь...
Они стянули платье с девушки. Вика немного пошевелилась, помогая им, и через секунду платье оказалось на полу. Она осталась в черном кружевном белье — бюстгальтере и стрингах. Контраст был разительным. Изысканное бельё на фоне облупленных стен, грязных матрасов и двух бородатых бомжей.
Его руки протянулись к спине девушки, нащупали застежку бюстгальтера и с расстегнули его. Чашечки лифчика приподнялись, и упругая грудь вывалилась наружу. Соски девушки торчали от прохладного воздуха.
Сеня наклонился и прижался губами к её шее. Его борода была грубой, царапая её нежную кожу, как наждачная бумага. Вика вздрогнула. Это было не похоже на поцелуи парня из клуба, который был с ней очень нежен.
— Ммм... — вырвалось у неё.
Она не знала, нравится ли ей это, но тело реагировало само по себе — тепло разлилось по низу живота. Сеня взялся ладонью за её грудь. Он сжал её сильно, даже больно, заставив Вику ахнуть.
— Какие упругие, — прорычал он. — Любишь, когда тебя так мнут?
Вика тихо застонала. Мир вращался всё быстрее, превращаясь в калейдоскоп ощущений. Сеня опустился ниже, припал губами к её соску. Он втянул его в рот, лаская языком.
— А-а-а... — выгнулась Вика. — Да...
Гриша тем временем спустился к её животу. Его пальцы, черные и грязные, уцепились за эластичную ткань стрингов.
— Снимем это, — сказал он. — Мешает.
Он потянул ткань вниз. Вика приподняла бедра, помогая ему. Стринги скользнули по ногам и вместе с колготками оказались в руках у Гриши. Теперь она была полностью голая перед бомжами, лежа на их грязном матрасе.
Гриша развёл её ноги в стороны. Он посмотрел на её выбритый лобок, влажную розовую щель.
— Надо же, мокренькая, — заметил он с ухмылкой. — Видимо, проголодалась пизденка.
Гриша опустился между её ног и прижался лицом к её киске. Вика почувствовала его горячее дыхание, а затем — грубый язык, который провел по всей длине её щели, от ануса до клитора.
старший экономист