тонкое домашнее платьице, под которым были только трусики (если они, конечно, были). Соски отчётливо проступали.
— Так я и не стесняюсь, — подмигнув Диме сказала мама. В самом деле, чего стесняться, когда она ходит в таком виде по дому уже годы?
Маша же тем временем молча взяла лифчик и попыталась одеть его под ночнушкой.
— Вот ещё фигнёй заниматься. Ну увидит брат твою оголённую грудь, что случится?
В этот время Маша уже надела лифчик как надо и нацепила под ночнушку короткие шорты. После чего мельком взглянула на Диму и сняла ночнушку, показывая окружающим своё туловище в простом, с легким кружевом, белом лифчике, и быстро надела футболку.
Мать хмыкнула.
— Ладно, пошли завтракать. А потом зарядка.
«Какая зарядка, ты что, бредишь что ли?» — подумали брат с сестрой. Их мысли вообще часто совпадали, хоть они и не знали об этом.
За завтраком мать опять подняла эту тему.
— Прикинь, Димка сегодня никак с кровати не мог встать, — обратилась она к мужу. — А знаешь, в чём дело? У него, видите ли, стояк был.
Глава семейства долго жевал, затем проглотил еду и только после этого ответил:
— Стояк по утрам — дело такое. Но... ты же вроде говорила, — сказал он жене, — что он не стесняется.
— Это при мне он, похоже, не стесняется, а при сестре так сразу играет в невинность.
— Значит это он не стесняется, это он пытается оградить сестру от излишнего смущения. Правильно я говорю, Дим?
Дима не нашёл, что ответить. Единственно его не покидало ощущение, что от правды в предположении отца было максимум процентов 30.
Маша сидела рядом и недоумевала. Они никогда не обсуждали ничего подобное. Ну, справедливости ради, им никогда и не приходилось выяснять такие вещи — раньше она с Димой спали в разных комнатах.
Постепенно лёгкий завтрак подошёл к концу.
— Ну что, на зарядку? — спросила мать.
— Неее, — одновременно и с одной интонацией сказали брат и сестра.
— Зарядка — это полезно! — как лозунг возгласила мама.
— Вот сама ею и занимайся. Можешь также папу мобилизировать. А мне это не надо, — сказал Дима.
— Согласна с тупичком, — подтвердила Маша.
— Почему это я тупичок?
— Потому что тупишь постоянно.
— И ничего я не туплю, — насупился Дима.
На этом завтрак закончился. Все разошлись по своим делам.
Дима лежал на кровати и читал книгу.
Никого, что называется, не трогал.
Тут в комнату заходит мама. В купальнике. Весьма, кстати, сексапильный купальник. Раздельный, лифчик едва прикрывает грудь, а трусы — жопу.
— Мам, — сглотнул Дима, — а ты что так разоделась-то?
— Так ведь на грядке работаю. Грязь повсюду. Чем меньше одежды, тем лучше — стирать не столько надо. Самой-то ополоснуться легче. Отец вон тоже в одних трусах работает...
Но Дима уже не слушал... Мать — и на грядке! Небывало. Дааа, дача на неё явно влияет. Пока, правда, не понятно, в лучшую или худшую сторону, но сам процесс изменения — факт.
— Сходил бы прогулялся, а то всё дома сидишь. Книжки — это хорошо, но должно же быть ещё что-то в жизни. И сестру свою захвати.
— Ладно, — быстро сдался парень, вставая с кровати.
«И почему должно быть что-то кроме книг? — недоумевал Дима. — Книги — квинтэссенция бытия, а само бытие — одна сплошная помойка».
Он направился вниз за матерью.
— А где Маша-то?
— Да вон, в коридоре сидит. Кстати, тут, говорят, озеро есть с песчаным пляжем. Можете до него прогуляться.
— Хорошо, мам.
Дима подошёл к сестре.
— Пошли, мама сказала, что тебя надо выгуливать. Нельзя, говорит, злой собаке только лишь на цепи дома
Спонтанный секс